Седьмой Круг. Свой путь

Он углядел тело Бьерна, безжизненно лежащее рядом. И вдруг перед ним возник Дрейк, что-то говорил, растирал щеки шерстяными ладошками и…

– Да, чтоб тебя! – кричал вейлинг, когда Лео пришел в себя. – Хватит уже пропускать смертельные удары и заклинания! Не всегда же я буду рядом!

– Что? Что случилось? – фокус зрения Лео снова собрался. – Долго я был без сознания?..

– Совсем не был, – крутил головой Дрейк. – Этот колдун напустил на тебя какое-то смертоносное марево перед тем, как отбросить копыта. Но я быстро успел прогнать эту дрянь…

– Спасибо, – поблагодарил Лео поднимаясь и готовясь к бою снова.

– Брось ты, – махнул рукой вейлинг. – Я просто не мог позволить тебе пропустить это зрелище. – Мохнатым пальцем он указал на Аркрайна, а потом провел по всему двору академии, кишащему взбунтовавшимися покойниками. – Грандиозное представление!

– А мы? – настрой Леонарда был воинственным. – Мы должны защищать его?

– Не думаю, что в этом есть смысл, – вейлинг внимательно рассматривал что-то, что Лео видеть попросту не умел.

Уж почти все чернословы были уложены на лопатки, когда волнующиеся своры мертвецов, как и положено, свалились и стали недвижимыми. Владыка Смерти силился долго, но в конце концов развеял властные чары Аркрайна и теперь стоял на ногах с ещё большими потугами, чем обычно. Раненный сквозным ударом в голову, он выплевывал вместе с кровью стрекочущие слова проклятий. Любой другой на его месте умер бы мгновенно, но воля первого во всем Крокснорте колдуна была сильнее самой смерти.

Он волочился к Аркрайну. Бурный поток резких, рычащих, булькающих фраз беспрестанно лился из его уст, с дребезгом падал и бился оземь, сотрясая её. Неподражаемо складно, точно прославленный поэт, говорил Владыка на колдовском наречии. Ходуном ходили стены крепости и черная злоба, и ядовитый гнев отравляли морозный воздух кругом.

Налились, распухли и полопались гнойники на лице Владыки – паразитирующие яйца отвратной кладки – и пауки, по одному или по двое, стали выбираться из них.

И дрожь умолкла. Черной, мохнатой стеной между Аркрайном и Владыкой Смерти встали тринадцать хищных, голодных громадин, послушно ожидая приказа своего родителя и повелителя.

– Ты достиг чудовищной силы. Несомненно, – пробурлил глава академии.