Не грози Дубровскому! Том 4

Тварь использовала магию природы, создав под слизнем лозы, которые срезали верхний слой почвы, а после завернули в него Слая.

Да, это не могло сдержать моего питомца, но, судя по всему, твари это и не было нужно. Она хотела лишь замедлить слизня. Расправившись со Слаем, кентавр рванул за Грувдаром. Древень растерялся от такого напора и помня, чем закончилась его прошлая атака, решил просто удирать, осыпая чудовище древесными кольями.

Это было любопытно. Тварь как будто подстраивалась под изменяющиеся условия боя.

Погибнув в первый раз, она нашла способ изолировать угрозу, а после напала на Грувдара пытаясь его поглотить.

И что значит " Он хочет жрать«? Эти твари передают жизненную силу своему создателю? Неужели при перемещении разум Иггдрасиля был повреждён? Или это был не Иггдрасиль?

Я поймал себя на ощущении, что тварь совершенно не замечает ни меня, ни Тимура. Она в первую очередь стремилась пожрать дендроида. Видимо, потому что в нём больше божественной энергии чем во мне.

Сперва Грувдар убегал, но очень быстро понял, что размах шага у преследующей его твари гораздо больше и убежать не выйдет.

Дендроид на ходу призвал корни. Коричневые жгуты создали подобие костяных лап у мясного голема и позволили древню скользить над землёй. Скорости существ уравнялись, и они просто наворачивали круги вокруг замка.

Немного понаблюдав, я решил помочь другу пока не стало слишком поздно. Призвав Михалыча, я запрыгнул ему на спину и рванул в погоню за удаляющимся силуэтом Грувдара.

За спиной послышалось испуганное «Эй! А я?!». Тимурка, стой там, где стоишь, так будет безопаснее.

Когда мы сблизились, я отозвал дендроида заставив его стать древесным доспехом. Кентавр переросток словно машина способная лишь на разрушение, на всём ходу развернулся и пропахал солидную колею, пытаясь остановиться. Лица на его груди разинули рты, из которых полилась кровь и шепот «Жрать. Он хочет жрать...».

— Тогда приятно аппетита. — Усмехнулся я, выставив руку вперёд.

На предплечье выступили деревянные колья готовые к залпу, а их поверхность уже покрывалась чёрной плёнкой грибницы, смешанной с некротикой.

Снаряды сорвались с места и вонзились в многотонную тушу твари.

— Беги косолапый! — Выкрикнул я за мгновение до рывка кентавра.

Костяная лапа чудовища вспорола воздух там, где нас уже не было. Михалыч на всех парах бежал к замку, а я изловчился повернуться назад во время скачки и продолжил поливать тварь некротическими кольями.