Странники ночи

Уж можешь мне поверить, но ночью эти твари куда активней.

– Они активней только в полнолуние, – возразил Мэтжер. – А в другое время суток ночь это или день никакого значения для них не имеет.

– Тебе-то откуда знать? – воскликнул Ристон. – Знаток тут выискался.

В ответ Мэтжер лишь с безразличием пожал плечами. Старик смерил его угрюмым взглядом и покачал головой.

– Вот молодёжь, везде они со своими так называемыми знаниями лезут, лучше бы слушали, что старшие им говорят.

Ярси покосился на ворчащего Ристона и опустился на траву рядом с Эленой.

Девушка ловко орудовала изящным кинжалом, нарезая вяленое мясо и сыр.

– У тебя хорошо получается, – Ярси кивнул на кинжал.

– Пришлось научиться. А всё из-за тебя!

– Обычно кинжал используют для других целей, – заметил Вик.

– Я знаю, – отмахнулась девушка.

– Довольно своеобразная форма клинка, – Ярси чуть наклонился, заворожено вглядываясь в сверкающее в свете костра лезвие. – Никогда таких не видел.

– Он сделан лучшим мастером Тинасы, – с гордостью проговорила Элена и почему-то с грустью вздохнула.

– Этот кинжал действительно необычен. Хочешь посмотреть?

Девушка протянула его Ярси рукоятью вперёд, на позолоте сверкнул изящный узор из драгоценных камней.

– Он серебряный, – как будто просто так заметил Мэтжер, и Ярси вовремя отдёрнул руку, не дотронувшись до кинжала.

– Красивый, - проговорил он смущённо.

Девушка странно на него поглядела, быстро убрала кинжал, вставив его в ножны на поясе и закрыв плащом.

Очень близко в верхушках деревьев закричала ночная птица, дико, с нотками ужаса.

Её голос был неестественно искажён, срывался на визг, вибрировал на самых низких тонах, доступных человеческому слуху. Захлопали огромные крылья, и над землёй пронеслась чёрная тень.

Элена вскрикнула и невольно прижалась к Ярси. Тот обнял её одной рукой, пальцы второй сжал на рукояти меча.

– У, нечисть, – Ристон нервно взмахнул рукой над костром.

Пламя всколыхнулось, зашипело и вдруг столбом взвилось высоко в воздух, бросив на сидящих вокруг людей кроваво-чёрные отблески.

Элена вновь вскрикнула. От костра дохнуло не жаром, а ледяным холодом могилы.

Мэтжер быстро протянул руку, дотронулся пальцами до языков огня. Послышался треск, огненный столб мгновенно рассыпался искрами. Костёр вновь стал обычным, словно ничего не происходило, только трава вокруг него покрылась белым инеем.

Ристон уставился на Мэтжера угрюмым взглядом.

– Ты колдун?

– Нет, – в голосе Мэтжера слышалась сдерживаемая ярость.