Странники ночи

– По крайне мере, здесь ты будешь в большей безопасности, чем, если пойдёшь со мной.

Вик нахмурился.

– Не ходи туда, Ярси. Пожалуйста.

– Так нужно, – твёрдо произнёс король оборотней и быстро отвернулся. Его взгляд вновь и вновь притягивали стены города. Он с трудом сдерживался, чтобы не побежать. Чёрное пламя разбухающим вихрем мутило его сознание, вонзалось в реальность, тысячами призрачных голосов сдавливало разум. Тоска и обречённость были в Зове. Ужас и боль тисками сжимали древний город.

Он опустил голову и сделал шаг по дороге.

– Ярослав, – окликнул Мировир. – Я думал, что ты спросишь о ней.

Ярси резко обернулся, его глаза ярко блеснули.

– Если бы с ней что-то случилось, я бы знал, Мировир. И… спасибо.

Больше не оглядываясь, он быстро зашагал по дороге.

Чем ближе он подходил к городу, тем сильнее ощущал собственное одиночество. Звуки отдалялись и замирали. Воздух стал более плотным и холодным и вязкой упругой стеной отталкивал назад. Здесь тоже была своя Граница.

Город закрыт. Но он упрямо продирался вперёд, раздвигал подвластной ему силой Рееты невидимую стену и шёл.

Уже под самыми стенами ему показалось, что под ногами что-то хрустнуло, Ярси посмотрел вниз, в траве белели кости. Человеческие кости. Жёсткая густая трава стала выше, но куда не бросишь взгляд повсюду землю сплошным жутким ковром устилали черепа и кости. Дальше каждый шаг сопровождался громким скрежетом и стуком друг о друга костяшек, не наступать на кости было невозможным.

В проёме сорванных с петель ворот Ярси остановился. Массивные створки, разбитые чьим-то чудовищным ударом, лежали посреди дороги уже за стеной города. Сама стена была сложена из обтёсанных каменных глыб и когда-то достигала немалой высоты, но теперь от неё остались лишь острые, взлетающие пиками в небо выступы.

Оборотень посмотрел прямо перед собой, зачем он здесь?

Вглубь города вела широкая, мощённая камнем улица. По её сторонам стояли большие, крепкие дома и, если бы не выбитые окна и двери, трудно было бы сказать, что в этих домах никто не живёт.

Они напоминали маленькие дворцы. Каждый был построен в своём индивидуальном стиле, и, несмотря на массивность, отличались какой-то необычной, почти неземной красотой. Стены сияли позолотой, на крышах сверкали золотые листы, резные перила на крылечках светились чистотой и ухоженностью. Город был мёртв и город был жив, только жил он своей собственной жизнью, в которой люди оказались лишними.