Путь императора

Сострадательные люди посоветовали Тарто поскорее убраться из города.

Пока были живы воры, оставалась возможность поискать справедливости у Владыки, но теперь жаловаться стало бессмысленно.

Тарто велел собираться. В конце концов, никто из цирковых не пострадал, а делать им в Корешке больше нечего.

Начало следующего дня Фаргал встретил на пути к морю, а еще через шесть дней труппа разбила лагерь на высоком обрыве над Колыбелью Солнца, как называли в Эгерине океан, обнимающий землю Ашшура с востока.

– А что там дальше, на восходе? – спросил Фаргал, глядя на синюю равнину, всхолмленную резким северным ветром.

Парусник назывался «Удачливый».

– Никто не знает.

Пальцы Нифру ловко сортировали розовый жемчуг, две горсти которого Тарто купил неделю назад. Через месяц эти жемчужины украсят кожаный пояс Кадола.

– Даже владеющие магическим зрением бессильны заглянуть за край моря,– сказала женщина.

– А у моря есть край?

– Наверное. У меня на родине говорят, что край у моря твердый и опирается на боевой щит Ашшура.

– А на что опирается сам щит?

– Ни на что. Это же щит бога.

Фаргал нахмурил брови, соображая.

– А какой он, Ашшур? – спросил мальчик.

Фетсианка оторвала взгляд от жемчуга, посмотрела на Фаргала.

– Никто из смертных не видел Верховного бога,– сказала она. – Даже своим жрецам он никогда не является воочию.

Жемчужины снова заскользили между смуглыми пальцами.

– А другие боги? – спросил Фаргал.

– Одного я видела.

Глаза мальчика округлились.

– Честно?

– Слово! – Нифру приложила руку к сердцу.

– И как?

– Так себе! – Женщина засмеялась.– Толстый, и нос как клубень батата. Это фетский бог,– пояснила она.– Император Фетиса. Севернее гор Яго никто не верит в его божественность. А вот божественность Яго признают даже дикие варвары кансу. Они даже делают его личины!

Нифру снова засмеялась.

– Почему ты смеешься? – удивился Фаргал.

– В Фетисе любой мальчишка знает: у Яго нет лица.

– Как это?

– У него вообще нет тела и облика. Яго – во всем.

Фаргал мигнул. Это было слишком сложно для его ума. Нифру сжалилась.

– Когда‑то,– сказала она,– у Ашшура был сын. Ашшур подарил ему наш мир, очистив его от старых богов. И сын его правил Четырьмя Империями тысячу тысяч лет. Так говорят. И было у сына Ашшура две жены‑богини, Всадница Ирзаи и Прекрасная Таймат.