Художник кошмаров - 2

Разве не Безымянная первой атаковала меня, стремясь превратить всё вокруг в кровавый ад? Разве не она пыталась меня убить? Как я мог относиться к своей силе, как к чему-то хорошему? Почему моя первая разумная картина вообще была агрессивна?

Но как бы это не было странно, у меня уже был ответ на заданный вопрос.

В те, кажущимися такими далекими дни, я был полон гнева и раздражения на весь этот мир и своё в нём положение, в целом. Хуже того, рассказ Лиан о том, как она пробудила свои силы, и общее предубеждение против практиков сразу настраивали меня против моих же талантов.

Ци же, будучи неотъемлемой частью меня самого, прекрасно чувствовала мой негатив и враждебность. Духовное пробуждение, в котором владелец ненавидит свою же силу. Что может пойти не так?

С ненависти началось наше знакомство, с неё же и продолжилось. Каждый последующий акт развития нёс в себе гнилые семена того случая. Мы были заложниками нашего первого впечатления и не могли из него выйти.

Да, полученное просветление помогло мне сбросить часть цепей и взглянуть на ситуацию более нейтрально, но даже так я всё ещё не доверял своим силам до конца.

И если я хотел что-то поменять, то именно я должен был сделать следующий важный шаг.

Сознательно расслабив плечи, я сам понял, насколько же был напряжен. С удивлением я увидел, что скалы вокруг меня были покрыты разводами из ниоткуда возникшей разноцветной краски, чья консистенция была похожа на разлитый на воде бензин. Она булькала и пузырилась, и не думая никуда пропадать.

Моя кисть вновь коснулась холста, но на этот раз я не пытался давить или навязывать. Все мысли о будущих ограничениях и путах были выброшены и сожжены. Я протягивал своей силе руку, в полном осознании, что на той стороне её с легкостью могут откусить.

Я искренне вверял себя силе кошмара и с улыбкой предлагал ей сделать свой следующий шаг. У неё больше не будет права обвинять меня в предубеждении. С этого момента именно её действия покажут, кто она, друг или враг.

И я не знал, было ли это миражом или галлюцинацией от сотрясающей моё тело агонии от нехватки энергии, но я чувствовал свою ци. Подобно недоверчивому хищному зверю, она шагнула из зарослей и подозрительно раздула ноздри, втягивая в себя напитанный кровью воздух.

Перед ней стоял раненный человек, из тела которого всё быстрее текла кровь. Оставь его так, и он сам умрёт. Но если вцепиться в него сейчас, всё ещё можно будет отведать его теплого мяса.