Художник кошмаров - 2

Подобное достижение делало меня почти в середине всего пути претендента, что было хоть и не великим, но достаточно быстрым развитием.

Ещё более года назад я придумал план, как мне уничтожить демоническую секту, теперь же план начал обрастать деталями.

И первым делом для этого я должен был освоить возможность рисования кошмаров.

Баал отказался сразу от возможности побыть моей «музой». Ссшиса согласилась бы, но лишь из-за своего положения. За прошедший месяц она немного успокоилась, но нанесенные практиками душевные раны были слишком велики, чтобы она сумела довериться нам чуть сильнее.

Оставался Тошики и к моему облегчению он был не против, восприняв мою идею с юмором. Правда, как оказалось, ему стоило быть куда более серьезным.

Установив мольберт и встав напротив сидящего жреца, я постарался поймать то ускользающее чувство, что я получил от Гору. И у меня на удивление вышло без всяких проблем. Более того, как я понял, это было столь легко, что намекало на мою основную способность.

Если с Йонгой я хотел взять у него его потаенные чаяния и желания, смешав их с его же грязью и мерзостью, то у Тошики я пошел в другую сторону спектра, уцепившись за его страхи.

В отличие от какого-нибудь телепата, я не видел и даже толком не мог понять, что вообще подцепил, но моя рука начала рисовать и я сам не заметил, как картина была уже готова.

И не только Тошики было интересно, что же в ней получилось.

В отличие от ультрадетализированного Кровавого трона, здесь я по какой-то причине взял за основу более размытый стиль.

Последний, сгорбившись и понурившись, стоял перед смутной группой людей. В ней угадывался высокий мужчина и держащая его за руку женщина. Рядом вытянулся ещё один, пускай и меньший мужской силуэт. По их позам буквально чувствовалось презрение и насмешка. Их лиц нельзя было разглядеть, но несуществующие глаза смотрели с одинаковым разочарованием.

От картины исходила, своего рода, блеклость, выпивающая все краски и радость из окружающего мира.

Я неловко взглянул на Тошики, чья вечная улыбка застыла и была очень натянутой.

- Я сожалею… - начал было я, но он меня самоуничижительно прервал. По одному лишь этому было понятно, как сильно картина по нему ударила.

- Нет-нет, ты меня предупреждал. Это я сам виноват. В который раз убеждаюсь, что твоя сила — это что-то с чем-то.