Клан Заката. Том 2 Часть 2. Наследник

Но как оказалось, слухи о гибели мстителя, сильно преувеличены.

- Так ты… - Глеб Георгиевич ошарашенно уставился на Сыча. – Велимир Ольгович? Но как? Я же читал сам, что приговор был приведен в исполнение.

Сыч вновь тяжело вздохнул, прикрывая глаза.

- Был… Когда-то очень давно. – Сыч говорил медленно, тягуче. – Был, да весь вышел. Я уже давно просто Сыч. Так что, княже, не думай об этом. Надеюсь, для тебя ничего не изменится. Даю слово чести, что помогу тебе, чем могу, и на этом, забудь, кто я есть… Тем более, сам говоришь, мой приговор был исполнен.

Оба воина замолчали, каждый думая о своем. Князь все пытался уложить в своей голове вновь открытые знания о Сыче, и понять, как дальше действовать. Ольговичи хоть и были вымараны, но как ни крути, сейчас Рифейский род, находится в том же положении практически. Да и, еще когда князь читал те допросные листы, он никак не мог понять, почему такой строгий приговор. По законам Союза, Велимир был в своем праве, осуществляя месть. Единственной возможной причиной, такого жесткого вердикта была гибель Ярополка.

С другой стороны, Глеб скосил взгляд на Сыча, чего переживать. Сыч ведь прав – вреда он Глебу никогда не желал. Даже сейчас, открывшись, показывает, что безмерно доверяет князю. На самом деле, Сыч ведь мог и не начинать этого разговора. Или отвести глаз, как говорится. Надавить, своим умением, в конце концов… В общем, время все обдумать и взвесить есть. Сыч ведь возвращается вместе с ним в Белецк, значит будет еще время разговоры разговаривать.

. Войска равномерно шагают, вытягиваясь в гигантскую змею, а ему ведь все равно ждать, пока последние воины не покинут лагерь. Пусть и не было боя, но Глеб не покинет позиции раньше, чем уйдет последний его солдат. Именно его. Гримаса судьбы – Совет воевод так сильно пытался отодвинуть Рифейского владетеля от принятия решений, что в итоге наоборот помог.

Да, еще предстоят схватки и битвы. Возможно, большинство этих воинов, идущих сейчас на запад, погибнут. Но это будет позже. Сейчас же у них еще есть возможность увидеть родные хаты и семьи.

- Я читал твое дело. – Молчание угнетало, а что сказать толкового, Глеб Георгиевич придумать не мог.