Попал! Том 6

Многие не воспринимали его, как представителя и аристократа Российской империи, считая, что ему тут не место. Когда Томи уехал в Токио полгода назад, то аристократы с довольными улыбками обсуждали эту новость. Но вскоре им стало интересно: а вернётся ли Романов? И когда? Почему-то без него балы проходили не так весело. Да и обсуждать одних и тех же аристократов надоело - не то что тёмную лошадку - Томаса Романова.

И вот, он вернулся. Едва успел появиться в России, как уничтожил команду клана Центрального Африканского королевства, а ещё спас японскую высшую аристократку Юкине Тоджиро.

Аристократы с удовольствием смаковали произошедшие события. Надо же, и как Романов успевал везде вляпаться? Так что сейчас, сидя в столовой в окружении лишь части аристократичного сословия Российской империи, Томи, как никто другой, привлекал к себе внимание. Таков уж он. Вечно обсуждаемый, презираемый. Но при этом - опасный человек.

Гвардейцы один за одним присели к нему за стол.

— Всем приятного аппетита, — произнёс Томи.

— Приятного аппетита! — ответили бойцы и приступили к трапезе.

Застучали ложки по тарелкам. Суп был наваристый и тёплый. На голодный желудок самое то. Ужинать никто не мешал. Не создавал интриг и конфликтов. Сегодня устали все. Желание поставить Романовых на место, конечно, имелось. Но не сегодня.

Жуков бросив взгляд на Томи, уткнулся в свою тарелку: «Этот Томас - неприятный тип. Он бесил меня всегда, но сегодня, сегодня он был хорош. Признаю...» — кажется, он стал менять мнение о Романове.

В свою очередь Муромов, сидевший через стол, бурил спину Томи с ещё большим негативом чем прежде: «Решил повыделываться, Романов.

.. Зря. Скоро ты поймёшь, что участие в турнире - худшее что могло произойти с тобой...»

Владимир Калашников, доев, поднялся из-за стола. Как и другие аристократы, он не убирал за собой. Для этого есть целых девять слуг, которые с радостью не просто уберут, но и вылижут тарелки до блеска, если того потребуется. Его взгляд в сторону Томи был полон вызова: «Пируй, Романов.

Стоит тебе попасться ко мне в противники и я, наконец, выбью из тебя всё дерьмо.» — он покинул столовую и направился в зал, где после ужина пройдёт общее совещание глав кланов.

Злобин, как и Астафьев, не испытывал к Томасу каких-то особо ярких эмоций. Он просто был им неприятен. Возможно, мнение о нём у них сложилось посредством услышанных слухов, и пока что меняться не собиралось. Романов продолжал раздражать. Особенно после взятия сегодняшней победы в марш-броске.