Боевой маг: Первый курс. Том 2

Механизм на всё это реагировал, и я поначалу не мог сообразить, что вообще происходит. Но каждая новая иллюзия давала передышку.

Вспоминая объяснения гномки насчёт интеллекта таких машин, понял, что урод был быстр, и решения тоже принимает быстро. Простой разум внутри машины слишком разогнан. Не знаю уж специально или нет, но он не успевал анализировать заклинания и ориентировался на визуальную составляющую.

В следующий раз я создал иллюзию прямо на блестящем шаре-голове, обычного мелкого жука. Противник тут же ударил себя, пытаясь раздавить несуществующее насекомое.

На корпусе появлялось всё больше всякой живности — черви, жуки, мелкие грызуны. Голем остановился и стал избивать сам себя. Я же наконец достал трёхстволку со спины, прицелился, нажал на спуск. Раздалось громкое «Вж-ж-ж» и три круглых снаряда разорвали корпус на две части. Устало выбросил теперь бесполезное оружие. Подошёл и найдя почти не повреждённый блок с зелёным кристаллом воткнул в него меч со словами:

— За Джесу, сука.

Убрал меч в ножны, осмотрелся — Кара сразила своего противника, но и сама лежала рядом с ним, глаза потухли. Подошёл к останкам своей спасительницы. Она подарила мне немного времени без которого я бы мог проиграть. Достал измятый и опалённый шар с зелёным кристаллом и пошёл к огромным вратам — они открылись.

Там не было никакого храма или чего-то подобного. Лишь серая стена, и камень с руной. Ступил туда, почувствовав, что меня уносит заклинание перехода.

Когда открыл глаза, понял, что вокруг солнечный зимний день. Обожжённой во многих местах коже стало приятно, я улыбнулся. Сделал несколько шагов босыми ногами вперёд, обрезы ткани с меня слетели во время боя, и понял, что вокруг мёртвая тишина. Я огляделся — вся площадь смотрела на меня. Даже в огромном здании арены все прильнули к прозрачным стенам.

— Йени, я сдал? — спросил устало командира, приблизившись к ней и поприветствовав приложив правую руку к груди, попытался выпрямиться.

Девушки тоже были тут, но сейчас стояли по стойке «ровно», смотря с испугом. Видок похоже был тот ещё — обожжённый, без части одежды, весь в кровоподтёках, ссадинах, порезах и синяках.

— Справился, Сорняк, ты идиот, но… — она помолчала, видно было что ей трудно это сказать, но всё же добавила через силу: — Но молодец.

И вот тут площадь, арена и вообще все вокруг взорвались — закричали, зааплодировали, скандировали что-то.