Вор и тьма

Это выглядело даже смешно, я заметил озорные искорки в глазах Роя. Толстяк подмигнул, но в лице не изменился. Я понял, что смеяться не стоит: и гном, и эльф плохо понимают юмор. 

Орки и Геринген налегке отправились назад, а мы принялись устраивать новую ночевку. Ранее завтрашнего утра путь точно не продолжим. Тейвил настоял, чтобы как минимум двое находились все время наготове с оружием в руках. Первыми стоять на страже до темноты жребий выпал ему и Крику. Я и толстяк заступим на пост в первую половину ночи, гном и инквизитор — во вторую.

Излишняя предосторожность, как мне казалось. Я не чувствовал близости Алисы, она где-то далеко, но скорее всего Ричард прав: мы все-таки в Запустении.

На орков и имперца не рассчитывали. Пусть схватка чуть не случилась из-за Безумства Запустения, как это обозвал отец Томас, и мы все были не в себе; пусть ненависть ушла, но обострилось чувство недоверия. С самого первого дня похода я не питал иллюзий, что средь нас мало кто доверяет остальным; лишь орки по-настоящему верят своим соплеменниками.

Отныне же мы явно разбились на две половинки, хотя и средь «моих» Николасу Гарду нельзя положиться на кого-нибудь в полной мере. Я скорей доверюсь племяннице кардинала, она-то была искренна со мной.

Завернувшись в плащ, я грелся у костра и клевал носом. Смеркается, а этих дрянных орков еще нет…

— …сделали все как надо, Рой, — голос вождя клана вырвал из сна.

Они и имперец вернулись. Стемнело окончательно.

— Вставай, Николас, — обратился ко мне горец, — наш черед караулить.

— Мы сменим вас через три часа, — сказал толстяку Морок. — Я и Генрих.

Арниец уже тихо сопел рядом, эльф жевал сушеное мясо у другого костра. Я поднялся. Может, мы придали слишком большое значение утренним событиям? Вряд ли стоит видеть в орках врагов.

— И то дело, — произнес Акан, — после вас Барамуд и отец Тейвил. Потом снова твои воины.

— Одного Барамуда мало, — Морок устало уселся у огня и аккуратно пододвинул к теплу раненую конечность, — у инквизитора нет оружия. С ними будет один из моих воинов, их ведь трое, а нужна всего пара дозорных.

— Твоя правда, Манрок, — Рой проверял оружие. — Надо бы…

Толстяк не договорил. Из темноты раздались четыре птичьих крика. Поочередно с северной стороны, с запада, юга и востока. Я не силен по части пернатых, но показалось, что заголосили непохожие друг на друга птицы.

— Морок, скажи мне, что я ошибаюсь… — тихо сказал Рой.

— Духи темных лесов! Акан, ты не ошибаешься, — вскочив, произнес Монрок.