Последний реанорец. Том VI

Вспомни хотя бы то, что Трубецкой отказал в браке Акинфовым. Причем в грубой форме. Всё это неспроста. И совсем недавно правящая династия навещала его лично. Да и ходит много слухов, что даже императрица им довольна, а о её суровом и порой склочном нраве ты знаешь лучше остальных. Бытует даже мнение, что она приглядывается к нему, так как будущего мужа для своей внучки она начала подыскивать еще пару лет назад, и в то время на её радарах, если я не ошибаюсь, был Влад и даже Артём. Не так ли, Николай? ‒ обратился тот к Воронцову.

‒ Всё так, ‒ кивнул холодно мужчина. ‒ Но этот щенок вылез из своей дыры и всё умудрился испоганить одним только своим присутствием. Слишком уж быстро он продвигается по карьерной лестнице. Теперь понимаете, к чему всё это ведёт? ‒ отчеканил раздраженно князь. ‒ Я уж не говорю о его массе заслуг, которые продолжают расти. Если же он еще и с блеском закончит академию, в чем я лично уже не сомневаюсь, а затем вдобавок каким-то образом отметится на войне изгоев, это уже будет большой опасностью не для наших детей, а для нас самих.

‒ Ты предлагаешь от него… избавиться? ‒ тихо спросил Акинфов после недолгих раздумий, подняв спокойный взгляд на Николая.

‒ Вовсе нет, ‒ расплылся в широкой улыбке Воронцов. ‒ Смежная стигма его убьет. Там опасно. А уж врагов у него теперь хоть отбавляй. Не думаю, что западники и амеры оставят его в покое после таких выкрутасов с их претендентами. Он оскорбил всех, кого только можно было. Да и поговаривают, что он в конфронтации с Ясака и Хиго. Вы ведь сами знаете, что в смежной стигме Шереметевых-Долгоруких этих представителей хватает с лихвой. Он сам лезет на рожон. К тому же после начала войны там кровь льётся рекой.

‒ И каким образом ты хочешь от него избавиться? ‒ поинтересовался вдруг Аксаков. ‒ На него даже хунхузы охотились, но он умудрился выжить. Этот выродок живуч, как таракан. Да и у нас как бы война с Персией и Афганистаном, если вы не забыли.

‒ Плевать на войну! Мы часто воевали. Побеждали ранее, победим и сейчас! ‒ вспыхнул зло Николай. ‒ А касательно Лазарева, то поверь, Андрей, у меня есть пара мыслей на этот счет.