В преддверии мрачного рассвета

И если Ковен послал за нами магов с такой же силой, то наши дела были очень плохи.

Вскоре мы стояли у ворот ведущих в гробницу. К нашему удивлению, они даже не были завалены песками. И используя зачарованный ключ, который дал нам сам архиепископ Стефан, мы без труда смогли попасть внутрь.

— Эй, некромант. Позаботься о том, чтобы к нам не пришли гости со спины, — скомандовал Фрейзер.

Подчиняться Фрейзеру мне не нравилось, но моя гордость некроманта была задета, когда я потерял скелетов, и в этот раз я выложился на полную.

Некогда могущественный некромант Беронат был одним из старейших последователей Ордена и служил еще первому мастеру Бальваруку. Но в прошлой войне с храмовниками он был убит. Мне стоило немалых сил, чтобы призвать умертвие с его духом внутри, но результат того стоил. Ведь в отличии от туповатых скелетов, умертвия обладали свободой воли и помнили свою прошлую жизнь. Кем бы ни были наши преследователи, победить кого-то вроде Бероната им будет ой как не просто.

Совершенно измотанный после ритуала, я последовал вслед за Фрейзером и остальными храмовниками в гробницу. Найти их было не сложно, ведь из глубин коридоров уже доносились звуки боя. Несмотря на древнее состояние гробницы, каменные големы, охранявшие ее сокровища, все еще успешно функционировали. И хоть мне очень хотелось изучить древние руны, которыми к телам големов были привязаны души каких-то бедолаг, я понимал, что это не стоит того, чтобы рисковать жизнью.

А между тем, сражение разыгралось нешуточное. В круглом зале, куда мы спустились, не менее десятка каменных стражей атаковали Фрейзера, который, подняв щит, читал защитные молитвы, сдерживая все прибывающих големов. В то же время Ганс и Беатрис стояли на расстоянии и вели плотный обстрел стражей. Сидя на одном колене, Ганс стрелял точно в головы големов магическими снарядами из своего мушкета, а Беатрис атаковала големов огненными шарами.

— Эй, некромант! Помоги ей, — выкрикнул Фрейзер.

Даже в такой ситуации он отдавал приказы и следил за всей обстановкой на поле боя.

Проще сказать, чем сделать, — подумал я. Силы после призыва умертвия все еще не восстановились.