Башня Крови

С тех пор как они перестали исчезать днём, с того дня, как я впервые посчитал их точное число, они начали меняться. А после того, как убил Кровавого и сразу же Визира, они стали пугающе чёткими и… разными.

Сейчас со мной заговорила тень, которая была самой большой из них. И которая до этого дня почти всегда молчала. Кажется, последний раз она говорила со мной в той самой пещерке, отвечая на вопрос, сколько тьмы они забрали у Кровавого.

Хмыкнув, я прямо сказал то, о чём давно подозревал:

— Вы помните гораздо больше, чем говорите мне.

Тень рухнула на колено, сгибая спину:

— Это не так, господин, вы ошибаетесь. Наша память затянута туманом. Я вспомнил эту технику, только когда увидел плиту, одновременно с вами. Но я вспомнил, что отлично владел обеими техниками и вижу все ошибки, которые вы совершаете.

Я спросил, уверенный в ответе:

— А другие техники?

— Они всё ещё в тумане, господин. Возможно, когда вы станете сильней, что-то вернётся, и я с радостью передам вам эти знания.

Но в его ответе всё же было то, что меня заинтересовало:

— Именно ты передашь? Кто вы вообще такие?

Тени явственно переглянулись и вперёд шагнула ещё одна.

— Господин, мы советники и верные слуги королевского рода Оскуридо. Многое стёрлось из нашей памяти за сотни лет забвения, но мы помним точно, что стать тенями и вечно служить Оскуридо было нашим собственным желанием.

— И чего вы советники?

— Я сабио Молак, мудрец. Я помогал королям Оскуридо заглядывать в поступки людей и давал общие советы, — тень повела рукой, указывая на остальных. — Советники по торговле, землям, суду, армии, тайнам, пути меча.

Каждый на кого указывала тень, опускался на колено, склоняя голову. Последним тень-мудрец указала на здоровяка, что и так уже склонился передо мной, первым.

— А остальные?

Я указал на тени, что держались позади коленопреклонённых и до сих пор стояли.

— Это наши помощники. В основном, конечно, помощники Ариоса, советника по тайнам. Впрочем, сейчас мы все его помощники. Нужны ли вам сейчас те немногие советы по выращиванию пшеницы или строительству водных каналов, что помнит Тормур? Нам приходится служить вам своей бестелесностью и ждать вашего возвышения, король Лиал.

— Аха-ха-ха! — я оборвал свой смех, повёл рукой. — Простите.