Десять тысяч стилей

Каменный бык развернулся и ушел. Все посмотрели на огромную спину уходящего мужчины, а потом перевели взгляд на куратора. Это был мужчина немногим за тридцать, с небольшой бородой и злыми глазами. Именно так подумал Ливий, когда увидел куратора. Почему-то глаза вызывали у него неприязнь, мальчик будто вновь оказался на улице, где с кочергой в руке на него смотрит озлобленный пекарь, у которого Ливий украл хлеб.

– Для вас я Старший или Куратор. Имя мое вам знать не нужно. Подходите по одному, чтобы получить свой номер, – сказал куратор.

Дети выстроились в очередь. Ливий сразу заметил, что она далеко не сумбурная: некоторые дети горделивыми лицами стояли в самом начале. Конечно, это были аристократы или дети каких-то богачей, они сразу выделялись на общем фоне. Но к таким Ливий привык, они существовали для него в каком-то параллельном мире, и с этим миром мальчик никогда не пересекался. Поэтому к Куратору он подошел, когда половина детей успела получить свои номера.

– Д-475. Следующий.

– Но меня зовут Ливий…

– Мне плевать на твое имя, здесь ты Д-475.

«Д» – это указание самой группы. 475 – номер, в том числе указывающий на потенциал. Каждый месяц шел перерасчет, и тебе могли выдать номер повыше. Если ты входил в первую двадцатку своей группы, то мог выйти из Сильнара в город. Все это Ливий услышал, пока стоял и ждал в толпе детей.

– А вы слышали, что в Зал Противоборства больше не пускают детей? Какой-то ребенок бросал вызов Сильнейшему, из-за чего ему пришлось поменять правила.

Ливий поморщился. Лучше никому не знать, что это именно он приходил в Зал Противоборства, да еще и несколько раз. Сейчас ему это казалось безумной идеей – кидать вызов самому сильному человеку мира. Способность четко мыслить у Ливия появилась только сейчас, но причина его странных действий никуда не испарилась.

В четыре года его нашли слоняющимся по Мастаграду. Ни родителей, ни близких родственников у мальчика не оказалось, поэтому его приютили неравнодушные люди: проститутки, которые и нашли его, когда возвращались со смены. Ливий стал жить в борделе «Синяя Роза», не самом известном заведении подобного типа в Мастаграде, но, тем ни менее, державшем свою марку.