Десять тысяч стилей

На сороковом повторении усталость дала о себе знать. Каким бы чудесным средством ни была Градезия, обмануть тело мальчика надолго она не могла. С каждым повторением Ливий выдыхался все сильнее, движения становились медленней, ноги начинали дрожать. Мальчик достигал своего предела.

– Пятьдесят! – прокричал Ливий и упал на пол. Это был потрясающий результат. Ливий, конечно, не смог сделать сотню повторений, но даже полсотни оказали на его тело огромный эффект. Пока Ливий не мог понять, насколько он стал выносливым, все, о чем он мог думать – это как добраться до кровати.

Ливий открыл глаза. Он был удивлен и молча смотрел в потолок, не понимая, что происходит. Вчера мальчик тренировался на пределе своих возможностей и ожидал, что утром даже двигаться будет больно. Но Ливий не ощущал никакой боли, наоборот, мальчик чувствовал себя свежим и отдохнувшим.

«Наверное, это остатки эффекта Градезии. Не думал, что она так долго действует», – решил он.

– Ну и хорошо, – сказал повеселевший Ливий. – Не важно почему, главное, что я в отличном состоянии!

После завтрака всех второгодок группы «Д» собрали в Боевом зале. Вперед вышел тот самый главный тренер, со шрамом на лице, и громко объявил:

– Сегодня мы посмотрим, чему вы научились. Будут проведены спарринги, в которых вы столкнетесь с противниками приблизительно вашего уровня.

Дети тут же зашептались. Тренировочные бои проходили постоянно, но сегодня явно устраивали что-то серьезное, какой-то промежуточный срез их навыков. Ливий в этот момент почувствовал огромное облегчение: если бы корень Градезии не снял с него мышечную боль от тренировок, то его легко избил бы даже какой-нибудь слабак.

Тренеры называли имена, а ученики выходили в специальные места для спаррингов. Подобных мест было три, но Ливия еще не вызвали.

С одной стороны был Генеральчик, один из сильнейших бойцов в их группе. С другой – та самая девушка, которую ученики прозвали Ведьмой. Она не любила прозвища и избивала всех, кто называл ее не по номеру. За это она и стала Ведьмой, правда, в лицо ее никто так не назвал бы.

У Генеральчика были мощные удары – что руками, что ногами.