Серебряный. Дар Хранителя

Преодолев препятствие, они остановились в бухте Эстера, развернувшись к неприятелю бортами с тяжелыми, дальнобойными орудиями.

На мюрдженских кораблях не стали ждать пока враг начнет активные действия и атаковали первыми. На «Стефан» и «Гром» посыпался ливень из камней и больших металлических болтов, выпущенных из дальнобойных орудий.

С имперских кораблей раздался ответный залп. На палубы «Два Служителя» и «Светлый Князь», стоящих ближе всего к вражеским судам упали снаряды, по форме напоминающие вытянутые сосуды с приоткрытым горлышком, из которого торчал тонкий тлеющий хвостик, промасленный каким-то веществом.

Раздались первые взрывы. «Служителей» и «Светлого Князя» заволокло черным едким дымом.В бухту зашли «Эллетер» и «Завоеватель», присоединившись к обстрелу мюрдженских судов. Раздался взрыв на «Светлом Князе». С треском развалилась горящая мачта. Огонь перекинулся на корпус и распространился на близстоящие корабли.

Среди клубов черного дыма, небольшие суденышки, отделившись от своих боевых товарищей, поплыли в сторону княжеских судов.

Одно из них врезалось в уже горевшего «Мюрдженца» в считанные мены превратившегося в столп пламени. Огонь переметнулся на другие корабли, поджигая все вокруг себя и распространяясь по бухте. Мюрдженцы не выдержали подобного натиска и отступили назад к крепости, оставляя врагу бухту. Им вдогонку неслись снаряды, поджигая паруса, разрушая, пробивая корпуса.

За несколько сэтов была уничтожена большая часть Эстерской флотилии. Из двадцати двух боевых кораблей, вооруженных тяжелыми дальнобойными орудиями, к крепости вернулись всего шесть, большая половина их которых не готова была продолжать сражение.

Правитель Мюрджена выслушал доклад об уничтожении флотилии с каменным, ничего не выражающим выражением лица. И лишь когда за докладчиком закрылась дверь, он дал волю своим эмоциям. Никогда еще Мюрджен не был так близок к краху.Никогда еще имперцы не наносили такой болезненный удар. Еще немного и воины императора победным, смертоносным маршем пройдут по землям княжества, стирая в прах все то, что они достигли арами своих побед.

Он проявил слабость, позволяя другому решать за него, что надо его земле, а что нет. И оружие, которое он всегда считал залогом успеха в любой судьбоносной битве, теперь в руках у самого злейшего врага.

Когда в кабинете не осталось того, что еще можно было разрушить, кроме единственного уцелевшего стула, на который князь и сел, он созвал военный совет для обсуждения сложившейся ситуации.