Серебряный. Дар Хранителя

Он – первенец Аурино, законный наследник империи, которого Димостэнис выкрал у него из мести и отдал своей подельнице. Как ты мог не видеть этого? Мальчик ведь так похож на своего отца.

Принц сжал кулаки.

- Ты растил его все эти ары, а она молчала, и Дим ничего не сказал. Они втемную использовали тебя, когда им это было выгодно.

- Кто мать мальчика? Настоящая, я имею ввиду?

- Она погибла, защищая своего сына, но, увы, не смогла противостоять и защитить его. Аурино на долгие ары потерял своего наследника. Почему твои друзья не сказали тебе об этом? Может, потому что не так уж благородно и возвышенно воевать с младенцами? Или просто не считали тебя достойным их доверия?

Принц ничего не ответил.

- Ты считаешь, что я неправильно поступила, отправив наш флот на Мюрджен? Но князь Эардоре нам не друг. Наш наивный, недалекий отец считал его верным союзником, но все эти отношения были пропитаны ложью. Мюрджен уже много аров нападает на корабли имперцев на севере Астрэйелля. Знаешь зачем?

Рамир не отреагировал на вопрос сестры.

- На севере Астрэйелля есть остров, где люди князя собирают очень занятный минерал на подводных скалах, а потом из него делают взрывчатое вещество, которое они используют в войне. Не так давно правитель Мюрджена узнал, что подобный минерал есть в Фельсевере. Вернее, его полно у нас, он основной наш источник топлива для розжигов печей, горнов, каминов. Как ты думаешь, кто ему сказал об этом?

Принц опять проигнорировал обращение к нему, лишь сильнее опустил голову.

- Вижу, что ты начал понимать, братец. Князю об этом сказал Димостэнис, а ему в свою очередь поведала Олайя, которая много аров жила на нашей земле, в твоем доме, пользовалась твоим гостеприимством. А потом отдала нашу землю на растерзание. Так как ни девэра, ни князь не упустят такой возможности и придут к нам, чтобы взять то, что им нужно. И не важно захочешь ты им это отдать или нет. Потому что иначе они бы не стали скрывать это от тебя.

Лана прервалась, смотря на брата.

-Они ведь всегда лишь использовали тебя, Рамир. Ведь ты и сам понимаешь это. Ты молод и наивен и веришь в те вещи, до которых им нет никакого дела. Разве Димостэнис не насмехался над твоей верой в наши нерушимые традиции? Разве он хотя бы на мгновение принял всерьез тот обряд, в который ты вложил душу и всего себя? Ты же сам это знаешь, брат.

Мир осыпался в Бездну. Откалываясь огромными глыбами. Отец. Семья. Возлюбленная. Друзья. Рушились основы жизни.