Разбитый мир I. Помраченный город

– Могу сделать что-то, чего не сделали другие до меня?! Может, даже могу выиграть войну в одиночку?

На этой саркастической ноте он замолчал, переводя дух.

– Я этого не говорил, – спокойно сказал Арктур. – Но теперь представь, что все будут думать, как ты. «Я один все равно ничего не изменю, так зачем вообще что-то делать?» Кто тогда будет сражаться?

– Не думаю, что такое случится. Слышал, за все время существования Варнорта не поступало столько новобранцев, как в последние годы. Так что недостатка в учениках у вас не будет, – ядовито ответил Дармер.

– Я трачу на тебя свое время, потому что как боевая единица ты один стоишь больше, чем все они вместе взятые, – начал втолковывать Арктур.

Но Дармер лишь отмахнулся от него. Ничего нового от Триостражника он не услышит.

Маг откинулся на спинку кресла и впился в парня взглядом.

– И еще у них был выбор. А у тебя – нет. Судьба воина была предназначена тебе еще до твоего рождения.

Тут уж Дармер взбесился по-настоящему.

– Так значит, у меня нет выбора? Значит, это моя судьба? – его голос дрожал от ярости. – Простите, но я думаю иначе. Я не заключал никаких магических контрактов, поэтому я никому ничего не должен, а что думают на этот счет другие, мне плевать! В этом мире не осталось никого, чье мнение для меня бы что-то значило!

– А ты думаешь, они бы приняли твое решение? – Арктур говорил спокойно и тихо, но лицо его побелело.

– Только не надо говорить, что знали их лучше, чем я, – теперь голос Дармера опустился до разъяренного шипения.

Чувствуя, что еще чуть-чуть, и начнет разносить все вокруг, Дармер развернулся и выбежал в коридор, громко хлопнув дверью, которая, кажется, хрустнула. Но маг уже несся вперед, не разбирая дороги. Внутри у него все клокотало от едва сдерживаемой ярости, и больше всего на свете хотелось выплеснуть ее наружу. Хотелось подчиниться ей, погрузиться в нее, дать, наконец, волю сжигающему изнутри огню, выпустить его, стать с ним единым целым.

Резко остановившись, Дармер прислонился спиной к ближайшей стене, а затем глубоко вдохнул и медленно выдохнул.

«Надо взять себя в руки. Нельзя терять контроль. Иначе… Нет, об этом лучше не думать».

Злость еще не прошла, она свернула кольца, сжимаясь вокруг сердца, но желание уничтожать исчезло.