Ветры Осени (Бастард-4)

— А чему тебя учили? — Спросил Орландо, отчаянно ища тему, которая закончит разговор или… заставит её сказать хоть что-нибудь на том чарующем языке.

— А это секрет.

Дорога вильнула за очередной холм, побежала по склону вверх. По глазам ударил луч солнца, прожёгший серую пелену облаков. Орландо прикрыл глаза ладонью, охнул и сжал поводья. Впереди отрывается равнина, заполненная огромными крестами и освещённая узкими лучами. Ледяная лапа стиснула кишки, потянула, наматывая на кулак.

На крестах распяты люди.

Десятки, сотни… тысячи!

— Какого… — Выдохнул Орландо, позабыв про смущение перед девушкой.

— Люди антипапы, — буднично сказала Кармен, мазнув взглядом по несчастным, — солдаты и просто поддерживающие еретика, отлучённого от света Господнего. Рим, как и всегда, старомоден.

— В смысле?

— Ещё в глубокой древности, — пояснила Кармен, накручивая прядь на палец, — патриции любили массовые казни через распятие. Помнится, по дороге от Рима до Капуи распяли шесть тысяч мятежников.

— Матерь Божья… — выдохнул Орландо и едва не перекрестился, но ладонь намертво застыла у груди.

— Почему? Ведь без пролития крови. Видишь, им просто стянули руки и ноги верёвками… какой ты впечатлительный. Ты же сам скольких зарезал!

— Одно дело заколоть, а другое оставить умирать… вот так.

Разговор затих, но это не принесло желанного успокоения. Дорога тянется вдоль распятых, многие ещё живы и Орландо чувствует их взгляды. Уши терзает призрачный шёпот, мольбы о милосердной смерти.

— Почему ты так смотришь на них? — Спросил Орландо, спустя час.

— Пытаюсь понять, как долго они висят и как это сказалось на них. — Отрешённо ответила девушка. — Уровень истощения. Старик аль Хазред любил повторять, что знание о теле не может быть лишним.

— Кто?

— Один из моих учителей. Ты разве не слышал о нём?

— Я даже имени такого не знал!

— Он был очень умный… пожалуй, самый умный! Многому научил, к примеру…

Кармен положила ладони на плечи Орландо, повела вниз и резко ткнула пальцами в мышцы.

— Плюс куча подобных мелочей. Тело человека очень интересно. — Добавила Кармен, возвращаясь в сено.

Ветер усиливается, сметает стоны и уносит на холмы, где они разносятся жутким эхо. Над крестами кружат вороны, присматриваются к беззащитной добыче, выжидая, когда последние капли жизни покинут тело.