Поход на Киев

Никто не знал, какой именно викинг совершил насилие над Зоей, но молодой боярин вознамерился убить его, кто бы он ни был. Отец Никита, когда услышал про это, лишь рассмеялся в ответ.

- Мальчишка, тебе всего 19 лет. Ты был лишь на одной войне, и то недолго. Варяги тебя порежут, и имени не спросят.

Дунай Иванович, чтобы отвлечь своего друга и названного брата, взял его вместе с собой на встречу с Микулой Селяниновичем.

Глава 7.Викинги.

Тоска овладела Добрыней в это лето. Он был ещё так молод, ему было всего 19 лет, но теперь боярин с грустью оглядывался на прошлое.

Для своего возраста он казался слишком развит, успел познать и войну, и горечь потерь, и секс с женщиной, и боль измены. Зоя теперь не дарила ему свою ласку, она стала какая-то чужая, а, может, и всегда такой была, и только претворялась родной. Сорока нашла себе другую любовь. Теперь Зоя сама ходила к варягу Рогнвальду, и он даже привязался к ней. Очевидно, им было хорошо вместе. Варяг был с ней временами груб, полячке это только нравилось. Так же викинг не скупился на богатые подарки, которые так же радовали любящую всё блестящее Сороку. Но самое главное, Рогнвальд давал ей защиту, поскольку никто в Новгороде, включая викингов, не мог к ней прикасаться. Добрыня не смог дать ей защиту за что теперь презирал себя. Он не отомстил, не бросил вызов непобедимому викингу. Прошло совсем немного времени, и Зоя нашла защиту у своего насильника, сумела лаской и кокетством привязать его к себе. Она любила во время секса кусать Рогнвальда. При этом укусы получались сильные, натуральные, и оставались надолго. Это было своего рода меткой для других женщин, мол, он только мой, на нём мои следы. Украшения и подарки Рогнвальда так же говорили: она только моя. Вероятно, такая измена Зои была ещё и местью Добрыне за то, что тот хотел взять в жёны Василису. В глубине души он понимал это и казнил себя. Глядя на новые драгоценности Зои, Добрыня злился и ненавидел себя, но ничего не мог поделать. Свою ярость он вкладывал в свои тренировки, проводил целые сутки, упражняясь с мечом, с копьём, с дубиной. Юное тело быстро привыкало к физической нагрузке, движения становились более чёткими, более быстрыми. Пожалуй, в каком-нибудь спортивном соревновании Добрыня бы и одолел Рогнвальда, но в реальном бою нужно было что-то ещё, кроме хорошей формы. Нужна была ярость, нужно было отсутствие сострадание к врагу. Всё это воспитывалось в викингах с детства, впитывалось с молоком матери.