Поход на Киев

Неизвестно было, сколько князь Владимир привёл с собой воинов, но даже если новгородцев ждало поражение, проиграть они должны были достойно, чтобы заключить по возможности выгодный мир. Каково же было удивление, когда Путята увидел перед собой всего 500 киевских воинов. Сомнений не было, это именно киевляне, ведь высоко над ними развевалось знамя с изображением Георгия Победоносца, убивающего копьём змея. Возможно, это была какая-то ловушка, подвох, но гости вели себя так, словно не собираются давать бой. Не пытались добраться до реки, не маневрировали, а просто ждали.

А меж тем один из киевлян, подняв знамя высоко над собой, выехал перед войском.

- Переговоры? – усмехнулся Рогнвальд, - да они издеваются.

- Дай мне знамя, - скомандовал Путята. Со штандартом в руке он выехал навстречу к переговорщику.

- С кем имею честь? – спрашивал киевлянин.

- Путята, новгородский тысяцкий, а ты кто такой?

- Дунай, богатырь русский. Напрасно, ты, Путята, войско против меня собрал. Ты же знаешь, мы христиан не трогаем.

Мы – богатыри.

- А почём я знаю, что ты богатырь?

В ответ Дунай запустил руку в сумку, привязанную сбоку коня и достал оттуда свиток пергамента.

- Грамота от киевского богатырского воеводы – Ильи Муромца, - пояснил Дунай, - он отправил меня в Новгород для войны против нашего общего врага и с приказом к Микуле Селяниновичу.

Путята развернул свиток, нахмурил брови, стал внимательно читать. Грамота была заверена великокняжеской печатью и печатью богатырского воеводы.

Стало быть, всё верно. Разочарованию Рогнвальда не было предела. Он жаждал крови, хотел убивать, хотел отрубленные головы врагов привязать к своему коню сбоку. Но было велено возвращаться в Новгород.

- А если это просто князь Владимир к нам соглядатая послал? – не сдавался викинг.

- Вряд ли, - отвечал Путята с таким лицом, будто бы съел целый лимон, - они в Новгороде не задержатся, киевский воевода отправил их воевать против Змея Горыныча.

Киевские богатыри разместились кто где, их вождь Дунай договорился с Никитой, отцом Добрыни, чтобы тот принял у себя несколько человек, включая и самого Дуная.

Добрыня был рад увидеть своего старого друга и названного брата и за ужином напал на него с расспросами. Спрашивал, как поживает князь Владимир, как поживает сын его Борис, и какая нужда привела богатыря в Новгород?

- Змея Горыныча надо урезонить, - отвечал Дунай, - понимаю, что сейчас не время. Но я человек подневольный. Послали, я выполняю.