Поход на Киев

В этом был весь воевода – выходец из деревни, ставший богатырём и добившийся в Новгороде такой большой власти. Когда в Новгород пришёл княжить Ярослав, многие тогда потеряли свои должности, а иные были отправлены в изгнание. Так, боярин Константин – сын Добрыни при князе Вышеславе был посадником, теперь стал простым боярином. Со временем был изгнан и новгородский тысяцкий, на его место был поставлен другой. Не трогали лишь служителей церкви, епископ и прочие должности остались на своих местах. И лишь один вроде бы наполовину мирской человек сохранил свою высокую должность – богатырский воевода Микула Селянинович.

Именно поэтому его теперь так уважали и побаивались все бояре, а за его подрастающими дочерьми уже выстраивалась очередь из знатных женихов.

Добрыня постучался в дверь, ему открыла служанка из дворовой челяди, поклонилась, впустила в горницу. А здесь уже появился и сам Микула, огромный, как медведь, силы невероятной, и обнял своего будущего зятя.

- Сколько лет, сколько зим, - улыбался он, - прошу к столу, товарищ.

Отобедай с нами, владыка.

- С радостью, владыка, - отвечал Добрыня, - но сначала я хотел бы увидеть Василису.

- Понимаю, понимаю. Она ждала тебя, немало слёз пролила. Ступай, она тебя ждёт. А мы пока стол накроем.

Добрыня почувствовал, как у него пересохло во рту. Как давно он уже её не видел, как он клялся ей в любви перед походом, обещал, что будет хранить ей верность. Оставалось лишь рассчитывать, что невеста пока ещё не знает про полячку Зою. Добрыня набрал воздуха в грудь и вошёл.

На лавке сидела его Василиса. Русые волосы заплетены в две косы, большие голубые глаза просто гипнотизировали и завораживали. Она была гораздо милее этой полячки, а сейчас и вовсе казалось пределом мечтаний. Добрыня почувствовал, как сердце замирает в груди. Как мог он вдали от Новгорода забыть об этом нежном создании, ожидающем его дома, как мог проникнуться страстью к другой женщине? Василиса Микулишна всегда была его идеалом, его мечтой.

- Ну, здравствуй, любовь моя, - молвил боярин.

- Здравствуй, - мило улыбалась ему Василиса, и щёки её покрылись румянцем. Видимо, она заметила перемену в Добрыне, заметила, с какой плотской страстью он на неё смотрит. Боярин сел рядом и взял её за руку. С трудом оба сдерживались, чтобы не заключить друг друга в крепкие объятия.

- Я слышала, ты отличился на войне, - молвила Василиса.

- Да, я придумал, как захватить город. Но всё это теперь не имеет значения, ведь мы ушли оттуда, против воли князя.