Поход на Киев

Совсем недавно он с копьём в руке сражался против бояр, а теперь стоял напротив них с грамотой от князя и на словах передавал его сообщение. 

- Князь хочет помириться с дружиной и просит у вас прощения за поведение варягов. За Путяту и ополченцев он на вас не в обиде, они сами виноваты, что не удержали заморских гостей в узде.

- Ну что ж, - молвил Никита, отец Добрыни, - если хочет помириться, пускай приезжает, помиримся.

- Князь велел звать вас к себе в Ракому. Ему до вас ехать не с руки, потому как меж вами согласия нет.

- Это верно, меж собой мы во многом не ладим, - произнёс посадник Фома, - но и если в Ракому мы все приедем, то так же и там не будем ладить друг с другом. Да и не поместимся мы все там, Ракома маленькая.

- Поэтому князь зовёт не всех вас, - отвечал гонец, - а только тех, чьи имена он перечислил в своём письме. Ну и сверх того тех, кого вы сами выберете послами. В письме около полусотни имён владык, которых Ярослав хочет видеть и выказывает им личное уважение. Остальных послов пусть выберет Новгород, любым способом, каким захочет.

Бояре потребовали список и здесь же, в боярской думе его зачитали. В числе имён оказались все вожди и зачинщики восстания, включая и Никиту Володаровича. Разумеется, в их компанию попал и посадник Фома. Молодых никого не было, зато было несколько вождей из Людина конца. Совершенно не понятно, откуда Ярослав узнал их имена, но было видно, что он хорошо осведомлён о повстанцах. Некоторые бояре почувствовали в этом подвох, заспорили, гул поднялся на всю боярскую думу.

- Князь сейчас нуждается в нас, - говорил посадник Фома, - он не посмеет нам сделать зла. Главный враг Ярослава сейчас – его отец, князь киевский Владимир.

- С Владимиром должны были сражаться варяги, - возражал Никита, - а мы их перебили. Новые варяги не придут к Ярославу наниматься, покуда мы здесь.

- Да не на что ему новых нанимать, он и этим-то уже должен был. Казна его пуста, паутиной поросла. Так что он нас ещё благодарить должен за то, что ему теперь варягам платить не нужно.

- Да, Фома дело говорит, - согласились другие бояре. Лишь один Никита, всегда подозрительный, чувствовал недоброе. Но один остаться в городе он не мог, главным условием князя было, чтобы приехали все, кто были названы в списке. Если бы Никита один остался в Новгороде, не поехал бы никто. А большинство из тех, чьи имена стояли в списке, уже выразили своё согласие. Выбора не было, и Никита, скрепя сердце, отправился в Ракому вместе с остальными.