Холодная любовь Альвы. Темное боевое фэнтези

В мире есть и светлые колдуны. Возможно они и слабее некромантов, но их души не порабощены.

Геларен остановился, его руки задрожали и глаза наполнились необъяснимым ужасом.

– Прости, я не могу много говорить. Десять душ держать в себе очень тяжело. Мне нужно их отдать. Я никогда не забирал столько детей сразу. Их души кричат в моей голове. Они страдают и молят их освободить.

– Это невыносимо тяжело. Когда ты переносишь в себе всего одну душу, не сложно представить, что это всего лишь инструмент твоей будущей силы, избавляющий тебя от проклятия, которое навела мёртвая королева.

Геларен снова остановился, чтобы собраться силами. Его трясло. Он пытался контролировать души, но с каждым разом ему давалось это все тяжелее и тяжелее.

– Мы не можем переместится в то место, к которому направляемся – спросила Лукреция?

– Нет! – почти все мои силы уходят на сдерживания пленников. Опрометчиво было брать их одним разом.

Геларен вновь собрался силами, и они выдвинулись дальше.

Они приближались к черным водам, где еще никогда не ступала нога живого человека. Мрачное место наводило ужас на Лукрецию Она старалась не показывать, но чем ближе они подходили к воде, мученические стоны из земли слышались все сильнее.

Можно только размышлять, почему некромант сохранил жизнь девочки и взял ее с собой. Но в место, куда они шли не было предназначено для людей.

Ему больше не нужны детские души, его страдания подходили к концу.

Некромант не знал, чем закончится для нее путешествие в черные воды, в обитель мертвых. Но она напоминала ему его дочь, чью душу он забрал в первую очередь, вступив на мрачный путь некромантии.

Солнце полностью покинуло их взор, когда они вышли к воде. Не было и луны.

– Я ничего не вижу – дрожащим голосом сказала Лукреция.

Некромант повернул ладони к себе, и они вспыхнули ярким пламенем, осветив озеро.

Оно было черным. Но не из–за того, что свет не мог пробиться в эти места. Сама вода являлось такой. От нее исходил ужасный запах гнилой плоти. Когда-то давно там произрастал лес, но водоем полностью его проглотил. Лишь несколько искореженных стволов торчали из глубины.

– Водоворот – произнесла Лукреция, указывая на поверхность.