Помойная крыса. Некромант

Магия! Черт побери, в этом мире есть магия! На моих глазах эта женщина закрыла свой магазин при помощи магического замка и что-то мне подсказывает, что его надежность во много раз выше самых лучших земных «аналогов».

Магия! Для меня, человека практичного, твердо стоящего на позициях житейского реализма, это нечто невероятное, запредельное. Да, сам факт того, что я нахожусь в теле подростка из неведомого мне мира трех лун – тоже своего рода магия, но к ней уже привык. Пока я ничего магического в Истоне не встречал: напротив, здесь царит жесткий, грубый реализм: грязь, насилие, кровь, стремление вырвать кусок хлеба из глотки ближнего своего.

А тут – магия!

В своем мире, на Земле, я даже фильмы жанра фэнтези не любил. Ну, «Властелин Колец» с трудом осилил, а «Хроники Нарнии» просто вырубил – для детей. «Игру Престолов», правда, с удовольствием посмотрел, но там больше про кровь и кишки, чем про магию.

- Уснул, Бруно?

Встряхиваю головой, иду вслед за Эмелиной. Движемся вниз по широкой улице. Когда проходим рядом с хлебной лавкой, невольно втягиваю носом сытный запах свежеиспеченного хлеба.

Как же хочется теплого хлебца с хрустящей корочкой, да кусок копченой колбасы! Если бы я был один, без Эмелины, непременно зашел бы сначала в хлебную лавку, а затем – в мясную. Торговцы уже закрываются, но от денег вряд ли откажутся.

Сглатываю слюну. Эмелина замечает это.

- Скоро будем на месте.

Она не врет: поплутав немного по улицам Истона, мы подходим к каменному двухэтажному дому. Выглядит строение довольно мрачно: окон на первом этаже нет вовсе, а на втором – так, бойницы какие-то.

Мы останавливаемся около двери: вход в дом прямо с улицы, никакого тебе крыльца, никакого забора.

- Благодарю, Эмелина, - говорю я, наклоняя голову. – Если вы еще подскажете мне имя хозяйки этого благородного дома, то я буду обязан вам по гроб жизни.

Она улыбается, показывая белоснежные ровные зубы:

- Все цыги такие вежливые?

Эмелина снова совершает руками быстрое, но плавное движение. На двери вспыхивают голубые буквы, гаснут.

Ведьма (колдунья, волшебница - как ее еще называть?) берется за крупную медную ручку, открывает массивную дубовую дверь, поворачивается ко мне и говорит:

- Заходи, не стесняйся. Только живее, в Истоне долго перед открытой дверью лучше не маячить.

Заходим в дом. Внизу – приличных размеров гостиная, в которую с первого этажа ведут две двери. Надо полагать, на кухню и в одну из спален. Широкая винтовая лестница в углу – на второй этаж.