Зеркало миров

Видимо, сразу после того, как были перерезаны последние тропы через Рудный кряж и Лес остался в одиночестве. Кстати, похоже, тридцать лет назад орда ещё давила остатки сопротивления эльфов, плюс внутренние усобицы. Потому-то прошлая попытка и вышла такой жиденькой. Но теперь на южных границах ни союзников, ни раздоров – нынешний правитель орков вырезал всех конкурентов.

– Имперский совет одни слова не убедят. Идиоты.

Канцлер резко ударил кочергой по головешке в камине, словно разбивал голову какого-то самого ненавистного дурака.

– Посылать людей снова не дам, – в голосе Раттрея послышался металл. – В прошлой экспедиции из всех с информацией в итоге до меня добрался всего один человек. Тратить ценные кадры ради того, чтобы убедить дураков из совета… А может и не убедить.

– К сожалению, – канцлер обратился с пояснениями к епископу Корримойли, – в опасности с юга уверены только находящиеся здесь. За редким исключением остальной имперский совет и представителей Высоких семей больше волнует, что Зимногорье захватило пару соседних королевств, стало размером аж с пол провинции и теперь «угрожает Империи».

Точнее, угрожает монополизировать торговлю Виумскими самоцветами и взвинтить цены. Даже нашего совместного влияния не хватает, чтобы начать готовить страну к войне на выживание.

– «Всему свой час, и время всякому делу под небесами: Время родиться и время умирать, Время насаждать и время вырывать насажденья, Время разрушать и время строить, Время разбрасывать камни и время складывать камни, Время хранить и время тратить, Время рвать и время сшивать, Время молчать и время говорить, Время любить и время ненавидеть, Время войне и время миру», – вдруг процитировал патриарх.

– Неразумны взрослые бывают, аки дети. И как родители ведут чад своих, дабы уберечь в пути от пропастей глубоких и чудищ ненасытных, так и наш долг повести неразумных. Найти им такой путь, чтобы достигли они времени, когда откроются глаза их и проснётся разум их.

– Ваша правда, святой отец, – склонили головы «охраняющий покой» и канцлер.

– Я и в самом деле немного растерялся, – решил извиниться лорд Арденкейпл. – Слишком уж неожиданные были ваши слова, Раттрей. Одно дело ждать, предполагать катастрофу. И другое – видеть, что она почти неизбежна.

– Не могли бы вы пояснить, – впервые за вечер подал голос епископ. – Пусть удар будет сильнее. Но тридцать лет назад империя насчитывала всего восемь легионов, и этого хватило, чтобы остановить врага без созыва дворянского ополчения.