Зеркало миров

Бойкая на язык Лейтис каждый раз отвечала так едко, что скандал и не подумал утихать. Если в первое мгновение после открытого оскорбления молодой леди окружающие ещё как-то пытались пригасить ссору, то через несколько минут над шутками Лейтис смеялись даже приятели Химиша.

Парень не выдержал. Он побагровел, начал жадно хватать воздух ртом, а потом с криком:

– Ах ты, помойная дрянь! – попытался ударить обидчицу в лицо… И задёргался, остановленный стальной хваткой возникшего рядом с ним магистра.

– Ваше поведение по отношению к леди, дан Химиш, не просто недостойно благородного, – во внезапно наступившей мёртвой тишине прозвучал ледяной голос Ислуина.

– Даже если бы всё ограничилось одними оскорблениями… Но только что вы окончательно переступили предел дозволенного. И потому как опекун и отец даны Лейтис, я вызываю вас на дуэль, где мечом готов отстоять её честь. Время – через пять дней. Условия поединка за вами, как за отвечающей стороной. Но в силу вашего малолетства, а также серьёзной травмы, я готов согласиться на замену, – и резким движением сломал Химишу руку.

***

Посыльный от лорда Кингасси появился в доме магистра на следующее же утро. Равнодушный и с лицом как топор мелкий дворянин из вассалов лорда в сопровождении двух слуг. Ислуин принял их в гостиной, всем своим видом изображая решимость, но не забывая иногда делать слишком нервные и резкие движения. Посыльный всё так же равнодушно поинтересовался:

– В присутствии свидетелей хочу вас спросить: готовы ли вы, дан Ивар, отозвать свой вызов и принести извинения?

– Никогда! Единый не простит, если я оставлю такое недостойное поведение без ответа.

А на суде чести все равны, – Ислуин мысленно отметил, что прозвучало излишне горячо, он переигрывает, но гостю и вправду было всё равно.

– Принимаю. Как отвечающая сторона требуем «поединка до второй крови».

– Принимаю. И присылайте своего ответчика, если кто и рискнёт встать за правое дело. А я, как настоящий мужчина, привык решать такие дела сам.

– Условия поединка приняты. Срок – завтрашний день, в полдень на Чёрном ручье.

– Принимаю.

Гость встал и, больше не говоря ни слова, ушёл вместе с сопровождающими. Ислуин же позволил себе улыбнуться: всё складывалось идеально. Дуэль до второй крови – то есть до первого серьёзного ранения. Значит, лорд Кингасси разъярился достаточно серьёзно, если приказал нахала убить: ведь в горячке боя грань между «тяжёлым» и «смертельным» случайна и тонка.