Зеркало миров

Протиснувшись вместе с Лейтис вперёд, магистр увидел, как капитан сдёрнул окровавленную тряпку с лежащего на земле свёртка. Священник показал на тело чудовища, похожего на волка-переростка, и громко начал призывать собравшихся уничтожить зло. Магистр, к удивлению ученицы, витиевато начал ругаться себе под нос сразу на нескольких языках.

«Проклятье! Ну почему именно выворотень, почему не какой-нибудь вампир или сохнут!» Вот что насторожило и магистра, и наёмников, пусть благообразный вид духовника и сбил с толку. Пластика движений – она временами слишком идеальна, слишком оптимальна, чтобы пройти в тесном помещении или через толпу.

– Посмотри на священника. Да нет, не на помощника, на старика. Что видишь?

Та ненадолго задумалась, а потом шепнула в ответ:

– Странно, у него нет знака Единого. Ни на рясе, ни на цепочке.

– А вот сейчас проверим почему.

Ислуин достал из сумки небольшой прозрачный шарик с горящим внутри жёлтым огоньком, и, шагнув к отцу Шохану, неожиданно ударил того стекляшкой в грудь.

Толпа негодующе зашумела – и замолкла: дряблая старческая кожа священника мгновенно покрылась грязно-зелёной шерстью, рот наполнился острыми желтоватыми клыками, а пальцы украсились кривыми когтями. Сверкнул меч Ислуина, разрубая чудовище, и почти сразу несколько ударов в спину монстра нанесли остальные наёмники, которые заметили непонятные действия магистра и приготовились на всякий случай.

– Отец Шохан! – вскрикнул граф.

– Мёртв и давно, – Ислуин обратился ко второму священнику и к графу. – Выворотень у вас завёлся. Отца Шохана поймал и сожрал, а из трупа слепил чудище. Куклу, марионетку. – Ислуин сделал шаг в сторону, чтобы остальные могли рассмотреть лежащее на земле тело. – Так что советую не с чудищем воевать идти, а за магами быстрее посылать.

Про себя же Ислуин подумал, что им с Лейтис надо немедленно уезжать. Будь он один, можно бы и не торопиться. Но если их зажмут вдвоём, то придётся драться не мечом, а как эльфу-магу и сразу на уровне магистра. Выворотень старый и опытный, раз смог обратить в раба человека, а потом долго изображать, что всё в порядке – и никто ничего не заподозрил. Да и свиту, судя по сильно переделанному волку, собирает давно.