Зеркало миров

И надолго, потому что теперь магистр проверял обратную дорогу каждый раз, но не находил даже самого мелкого постороннего следа.

Когда Ислуин заметил чужака в третий раз, то бросился к петле, которую делал ручей. Неважно, вверх или вниз по течению уйдёт в этот раз шпион, от изгиба будет заметно, где человек выберется на берег. А по свежему следу Ислуин успеет догнать врага задолго до деревни. Магистр уже почти добрался до нужного места, когда сработала оставленная возле поляны сигналка: сегодня наблюдатель вместо того, чтобы уйти, зачем-то направился к месту расставания… «Идиот! – обругал себя Ислуин, пытаясь успеть обратно до того, как случится что-то непоправимое.

Ислуин не успел. Уже на подходе магистр разобрал голоса: Тарьи и молодого паренька, в котором опознал младшего сына Рууно.

– … я даже не буду всем рассказывать, для чего вы в лес ходите. Только знай – недолго вам осталось, в первый день осени твой Илмо за невестой в Лехто отправляется.

– Но как…

– А он и сам ещё не знает, для чего отец недавно туда ездил. Зато я слышал, когда косу править относил, как его мать про это соседке рассказывала. А от тебя одно плохое и бывает. Анники подругой звала, а из-за тебя её отец наказал. Теперь она совсем не как раньше. Не ты ли порчу навела? И не для того ли чужака привела? Он не тот, за кого себя выдаёт, он вообще не человек. Чью душу ты пообещала духу из тумана, чтобы он Илмо околдовал? Уезжай лучше, а то когда чужого мужа соблазнишь, всей семье позора будет…

Парень осёкся: из леса вышел Ислуин.

– А ты, конечно, поможешь. Расскажешь, пошепчешь. Вот уж правильно говорят в здешних краях: в семье не без урода. Славным был морским волком Рууно, достойно воспитал старших сыновей. Все они давно уже догадались, но молчат, берегут чужое счастье. Только в тебе гниль проглядели. Иди рассказывай. А я расскажу остальное. Как следил, как подлавливал ударить побольнее, как бросал обвинения в чёрном ведовстве.

Заканчивал он уже в спину, когда пацан испуганным зайцем метнулся прочь с прогалины. Девушка осталась стоять бледная как мел, не было сил даже на слёзы.

– Тихо, девочка, тихо. Поплачь лучше, – Ислуин крепко прижал её к себе. – Месяц ещё, не отчаивайся.