Человек-Судьба.

— Достаточно, Фи, — протянул я, и девочка с шумом выдохнула, тут же громко чихнув, разгоняя облачко. — Ты молодец, ни разу не сбилась. Только странно, что ты так хорошо управляешься с маной, но твой навык, с этим связанный, по прежнему на единичке.

— Это из-за посоха, наверно, — вдруг отозвалась Фи. — Я практиковалась только с ним, а без... Почти ни разу.

— М-мать... — ударил я себя по лбу. — Чего же ты сразу не сказала? Упражнения со снаряжением забирают девяносто пять процентов опыта, идущего в навыки. Таким образом повышается только приспособленность к конкретному предмету, к тому же чёртовому посоху.

.. Это — только с магией.

— Извините, учитель... — ну вот, у неё глаза опять на мокром месте. Сколько раз за день эта малявка планирует плакать? С этим надо что-то делать.

— Сколько у тебя этой приспособленности?

— Эм... — Фи замялась, глядя мне в глаза.

— Ты не понимаешь, о чём я? — и неловкий кивок прямиком с кровати. — Характеристика знакомства с оружием или снаряжением. Повышается, когда ты используешь, например, посох для сотворения чар.

Так как маги делают это чаще всех, их катализаторы жрут почти весь опыт для себя.

— Сто... — прошептала мелкая.

— Что-что? — подумал я, что ослышался.

— Сто, — уже твёрдо ответила Фи, отрывая взгляд от посоха. — Там сто из ста.

— Какие баффы? — прищурился я. — Чем лучше ты знаешь своё оружие, тем проще оно тебе повинуется, тем легче творятся заклинания и далее, далее по списку...

— Плюс три к интеллекту при использовании... И всё.

— Твой уровень не позволяет получить доступ к остальному, — понимающе хмыкнул я.

— Ничего. Скоро мы это исправим. Ну и задала ты мне задачку, мелочь пузатая... И даже не думай извиняться сейчас, то было риторическое восклицание.

— Ум... — шумно сглотнула Фи, судя по всему, как раз собиравшаяся это сделать.

Шло время, скрипели половицы под бродившими постояльцами. Из соседней комнаты всё ещё играла скрипка, тихо, приглушённо. Фи от нечего делать играла с облачком своей маны, будто с пеной в ванной. А я переворачивал в голове гроб очередного преподавателя, всеми правдами и неправдами умоляя того помочь мне вспомнить, что в сложившейся ситуации делать.

Но все только разводили руками. Мол, не знаем, ты либо сам никогда не сталкивался, либо мы тебе такое точно не говорили. Память моя, память... Бесполезная коробка с информацией. Сколько кормлю, а как надо что-то, так хрен там плавал.

— Ладненько, — сказал я наконец, отвлекая Фи от увлекательного скатывания чистой маны в шарики.