Наследники империи

Когда-то многие народы объединились и остановили ее на берегах Круглого моря. Теперь наше время противостоять вечному рабству, что несет нам Тень.

Тангендерг покачал головой:

— У меня своя дорога. Ваша война меня не интересует.

Аммат прищурился, внимательно ощупывая каданга взглядом.

— Хорруг всю жизнь стремился стать настоящим воином, — произнес жрец. — И он стал им. Он даже поднялся к святилищу, чтобы получить благословение Бельфеддора. Ты рожден воином, это у тебя в крови. Но ты никогда не желал им быть.

— Таковы уж превратности судьбы, — равнодушно отозвался Тангендерг.

— Верно, судьба у каждого своя, — кивнул жрец. — В одном вы схожи— как и он, ты готов держать слово даже ценой собственной жизни. Но, бросив вызов ведущему Тень в одиночку, ты вряд ли достигнешь цели. Наверняка стоит умножить свои шансы на победу, раз уж выпала такая возможность.

Тангендерг нахмурился:

— Если хочешь использовать меня в своих целях, хорошенько подумай, жрец. Один уже попытался. Его я найду, найду и тебя. Я не Хорруг, меня твои идеи не увлекают.

Коринта вспыхнула от возмущения и даже хлопнула ладошкой Тангендерга по колену. Ей угроза каданга в адрес верховного жреца Дромидиона показалась чересчур уж кощунственной.

— Прости его, — извинилась девушка за спутника. — Он в последнее время не в духе.

— Я расскажу тебе, что происходит, а что тебе делать, ты решишь для себя сам, — произнес Аммат. — Ведущий Тень опасается вмешательства Арамеи, поэтому направил на нас войско хишимерского царя, одного из союзников Тени.

— А если хишимерцы будут разбиты? — поинтересовался Тангендерг.

— Тогда арамейская армия выступит к Маграхиру и даст бой Тени.

Коринта устремила на спутника пытливый взгляд:

— Что ты задумал?

— Ничего нового. Я отыщу Тень и прикончу того, кто ее ведет.

* * *

Прислушавшись к гулу голосов, доносившихся из тронного зала, молодой император оглянулся на мать. Лигия обняла сына за плечи:

— Ты принял решение, сын мой. Будь смелей.

Рисстаний тяжело вздохнул:

— Мало принять решение, предстоит еще убедить в его правильности всех князей. Наверное, отцу было бы достаточно отдать приказ, но я не он. Я чувствую свою слабость, и это гнетет меня. Они воины, я для них просто мальчишка, облеченный властью.