Наследники империи

Коринта оглянулась на громаду гор, оставшихся позади, затем снова посмотрела вперед и спросила:

— И что теперь?

— Тебя я не держу, можешь идти, куда хочешь, — отозвался Тангендерг. — А я должен сделать то, что обещал.

— А что ты обещал? — снова спросила Коринта.

— Что вернусь и убью того старика.

— Ты ненормальный?! — воскликнула девушка. — Он же раздавит тебя! Развеет в прах! Ты видел, на что он способен. А как же я?!

— Я же сказал, ты можешь идти, куда хочешь.

— А тебя-то что гонит к тому старикашке?!

— Мое слово, — сурово произнес Тангендерг.

— Ты... Ты… — не найдя слов Коринта махнула рукой.

Поникнув головой, она уныло брела рядом с кобылой.

— Не пыхти, — сказал Тангендерг, слушая ее вздохи.

— Ты бесчувственный, как камень, — буркнула Коринта.

— Тебе виднее, — не стал возражать каданг.

— Да тебе любой скажет! — сердито воскликнула девушка. — Даже вон он!

Она указала на одинокую фигуру в степи, только что схваченную взглядом, и тут же воскликнула:

— Ой, а кто это?!

Человек стоял неподвижно, опершись на посох, полы белого плаща сходились на груди, полностью скрывая фигуру.

Кобыла Тангендерга шагала прямо к нему. Позади незнакомца пофыркивал оседланный гиппарион.

— Тот, кто ответит мне на кой-какие вопросы, — спокойно ответил каданг.

— Это про него говорил тот горец? — догадалась Коринта. — Ты давно его заметил, да?

— Ты бы тоже его заметила, если б поменьше болтала, а больше слушала и наблюдала.

Незнакомец явно не случайно оказался на их пути, похоже, он поджидал путников.

Он оказался уже не молод, хотя выглядел крепким. Приблизившись чуть ли не вплотную, лошадь остановилась. Незнакомец вскинул ладонь и погладил кобылу по морде, та не проявила никакой настороженности. Распахнувшийся плащ обнажил жреческое одеяние незнакомца.

— Ты служишь Дромидиону! — воскликнула Коринта.

Незнакомец кивнул:

— Мое имя Аммат. До меня дошли вести, что вы направляетесь в горы. Похоже, вы уже и без моего вмешательства разобрались, что к чему.

— Еще не совсем, — возразил Тангендерг.

В отличие от спутницы, испытывавшей благоговейный трепет перед верховным служителем Дромидиона, он не проявлял к жрецу ни малейшего почтения, даже не слез с лошади.

— Слишком просто оказалось войти туда, куда нет хода никому, — продолжал каданг. — Почему?

— Твоя кровь провела тебя, — ответил Аммат.

Тангендерг молча смотрел в глаза жрецу.

— Вижу, ты ждешь более подробного ответа, — заметил дромид.

— Угадал, — процедил каданг.