Наследники империи

Пожалуй, путь, который отыскал Тангендерг, чтобы войти в город, был единственным, где мог бы пройти человек, даже такой сноровистый, как он. Во всех прочих местах скалы нависали наклонными стенами, город стражей невозможно было обойти ни по дну ущелья, ни поверху. Так же невозможно было бы пройти незамеченным через сам город, никакой чужак не смог бы затеряться среди жителей, где даже дети являлись стражами святилища. Оставалось дождаться ночи — при беглом осмотре взгляд Тангендерга не выявил ничего, что говорило бы о сторожевых кострах, так что можно было рассчитывать на полную темноту.

Тангендерг снова укрылся за камнем. Вряд ли кому-либо придет в голову идти сюда, к самому обрыву.

Однако очень скоро он услышал приближающиеся шаги. Это явно не было случайностью, человек целенаправленно шел именно к его укрытию. Вместе с тем Тангендерг мог поклясться чем угодно, что ему знакома эта поступь.

Пальцы сжались на рукояти кинжала, через мгновение его острие ткнулось в горло молоденькой девушки, заглянувшей за камень.

— Я думал, ты, наконец-то, отвязалась от меня, — процедил Тангендерг. — Что скажешь?

— Мне больно, — пискнула Коринта.

— Будет еще больнее, когда я отрежу тебе голову, — равнодушно пообещал Тангендерг.

— Не отрежешь, — не поверила девушка.

— Твоя настырность меня уже даже не удивляет.

Тангендерг убрал кинжал от горла Коринты. За время своего отсутствия девушка значительно преобразилась: всегда босые сбитые ноги теперь были обуты в изящные сандалии из мягкой кожи, она была одета в белый хлопчатый руб с пояском, с головы исчезла нелепая войлочная шапка, вместо нее появился широкий платок, затянутый по обыкновению потанских горянок кожаной тесьмой и спускающийся свободным концом по спине.

— Пойдем со мной, — потребовала Коринта.

— Ты им все рассказала, — понял Тангендерг.

— Да, — кивнула девушка. — Так будет лучше. Идем, им есть, что сказать тебе.

Тангендерг позволил Коринте взять кинжал из своей ладони.

— Ты нисколько себя не жалеешь, — осуждающе заметила девушка, коснувшись его окровавленных пальцев.

— Тебя тоже не пожалею, — заверил ее Тангендерг.

— Знаю, — вздохнула Коринта. — Идем.

Она повлекла каданга за собой.