Наследники империи

Туман уже начинал понемногу рассеиваться и Тангендерг без труда узнал молодого воина, вмешавшегося в его схватку с наемными головорезами на постоялом дворе в Хоруме. Однако теперь сын князя Литария явно был настроен еще менее дружелюбно, чем в прошлый раз.

Позади затихали последние звуки битвы, арамейцы безжалостно добивали раненых врагов, немногим хишимерцам удалось спастись бегством. Не избежал гибели и жрец, сопровождавший хишимерский отряд. При других обстоятельствах уцелевших в короткой схватке противников захватили бы в плен, сейчас же они стали бы лишней обузой в пути.

Скудный свет пасмурного утра померк внезапно, словно кто-то накинул на степь непроницаемый покров. Сам воздух сгустился над беглецамитенью, многим арамейцам почудились в этой тени смутные очертания паука.

Передние копыта гиппариона Атрия подломились, конь кувыркнулся, перекатившись через всадника. Разгоряченного Атрия это не остановило ни на миг, он тут же вскочил на ноги. Остановиться его заставила лишь темная дымка тени, отгородившая Тангендерга от арамейцев.

Копье Атрия пронзило тень. Руку прожгла боль, кольчужная перчатка расплелась и осыпалась, сквозь почерневшую плоть воин увидел костяшки собственных пальцев на остатках рассыпающегося прахом древка копья. Мозг разорвало от дикой боли. Прижав раненую руку к груди, Атрий упал на колени и склонился к земле. Темная сила волной ударила по арамейцам, опрокидывая их вместе с гиппарионами.

Из тени перед Тангендергом возникла фигура в плаще.

— Чего надо? — недружелюбно поинтересовался каданг.

— Тебе нигде не скрыться, беглец, — прозвучал знакомый голос из-под капюшона. — Рано или поздно, кто-нибудь все равно тебя настигнет.

— Особенно, если еще и ты будешь в этом участвовать, — заметил Тангендерг, тяжело дыша. — Это ведь твое колдовство позволило хишимерцам подобраться к той хижине незаметно.

— Да, Тень скрыла их от тебя, — не стал отрицать старец. — Между тем, я могу избавить тебя от преследований.

— Разве похоже, что они меня беспокоят? — поинтересовался каданг.

Даже сейчас в его усталом хриплом голосе слышалось абсолютное равнодушие, словно ему было наплевать на всех вокруг и на самого себя.

— О, да, — Старец из тени усмехнулся. — Человек, которому ничего не нужно, которому ничего не дорого. Тебя трудно хоть чем-то заинтересовать.

— Хорошо, что ты это понимаешь, — процедил Тангендерг. — Надеюсь, больше не увидимся.

Старец не пошевелился, но тень за спиной каданга сгустилась — грубая жесткая сила пригнула его к земле.