H2O (Трилогия)

— Только попробуй… — переходя на змеиный «диалект», продолжила барышня, мигом зажигая на кончике указательного пальца сферу из белоснежного пламени.

Лишь хмыкнув на её вспышку агрессии, всё так же спокойно гашу пламя телекинезом.

— Пута мадре! — воскликнула блондинка, вновь зажигая пламя, которое я тут же погасил, и так несколько раз.

— Ну я пошёл? — ехидно интересуюсь у девушки, что наконец-то израсходовала весь свой запас магии, пытаясь зажечь чёртово пламя, дабы указать наглецу на его место.

— Стой, каброн… — властно крикнула девушка мне в спину.

— Тилинга! — эмоционально воскликнула она. — Да стой же. Мне правда интересно, кто ты. — неожиданно произнесла девушка, я от удивления даже замедлил шаг, чем блонди тут же и воспользовалась.

— Какая же ты странная… — скупо бросаю в ответ, так и не повернувшись.

— Я то? — на миг показалось, что она усмехнулась. — Ты выглядишь как ликвидатор, выправка матёрого ветерана, одеваешься как элита магического спецназа, и при всём этом у тебя внешность совсем ещё мальчишки. Так кто же ты такой "господин" чародей? — она приблизилась неожиданно близко, по всей видимости желая что-то рассмотреть или найти в моих глазах.

— Да я всё тот же парнишка, что пришёл приодеться ради важных переговоров… — продолжил гнуть свою линию, попутно наблюдая за тем, как возмущается дух, видите ли, он не хочет терять время на каких-то «самок полоумного мага».

— «Переговоры» значит? — неожиданно понимающе произнесла валькирия. — Так значит, ты обычный бандит? Корпократия или Синдикат? — явно со знанием дела поинтересовалась она. — Нет? — слегка удивилась блондинка. — А ты похоже таишь ещё больше секретов, чем кажется. Так на кого же ты работаешь, мальчик-загадка? — её дыхание обжигало.

— Как же с тобой сложно, Камилла, ты ищешь смысл там, где его нет и никогда не было. Я просто маг, что решил обновить свой гардероб, остальное тебя не касается, и мне плевать, что ты там уже успела надумать, так что хватит тратить моё, и главное, своё время на всякую ерунду, — отчитывая её словно девчонку, я тут же замечаю в омутах глаз нашей валькирии пламя недовольства, что стремительно превращается в первобытную ярость.