Сосуд Апокалипсиса

– Не обманывай саму себя! Все мы знаем, что они такое. Совет уже решил, он должен умереть. Прочь с дороги, иначе и вас коснётся кара.

От этих слов у меня перехватило дыхание. Я могу привести к катаклизму? Должен умереть?! За что? Почему? Я же ничего не сделал. Я не зло и не хочу причинять никому вреда.

Мысли разбегались, привычный мир и мечты рассыпались в прах, и, как назло, от меня в разные стороны стала расползаться тьма. То, чего она касалась, стулья, стол, тут же рассыпались в прах. Я повернулся к окну и встретил ледяной взгляд старейшины.

– Вот видишь! Он не может контролировать тьму и не знает как это делать, а уже опасен. Таких не было сотню лет! Он опасен! – рявкнул старик.

Но родители не желали уступать. Они всё также непреклонно стояли перед дверью, не желая сдаваться. Отец лишь покрепче перехватил клинок и встал перед мамой, загораживая её своей грудью.

Разговоры закончились. Вагнас запустил в вперёд огненный шар, который тут же был развеян и молния мамы ударила в ответ.

Отец же сцепился с гвардейцами. Запел меч, в этот раз уже не учебный, и, несмотря на численное превосходство, отец остановил продвижение солдат. Он видел каждый удар нападавших, уворачиваясь в последний момент на грани своих инстинктов, и даже успевал контратаковать, в самом начале боя ранив слишком самоуверенных.

Вагнас одной рукой отбивался от града заклинаний матери, а другой же чертил портал, такой же, каким он вытащил Джека Финрана на занятие. Несмотря на напор противника, ему хватало сил спокойно удерживать оборону и пытаться ухватиться за меня.

Всё произошло за доли секунды, я даже не успел отойти от окна, как его рука сомкнулась на моём плече и далеко не со старческой силой начала затягивать в портал. Именно то, что он меня застал врасплох, и сыграло сейчас против него. Я испугался и выпустил сгусток силы в его руку.

Старейшина закричал от боли и , ослабив защиту, сразу пропустил пару молний от мамы. Однако тут же восстановил оборону и начал лечиться всеми возможными заклинаниями, затягивая дыры в теле, пока не потерял сознание.

Его живучести можно было только позавидовать, не зря он старейшина деревни. Однако заклинания лечения плохо работали с пораженной тьмою рукой. Обугленная, полуразложившаяся конечность никак не хотела приходить в норму, что взбесило старика окончательно и он от обороны приступил к нападению, обрушив ураган природной магии и магии света на противницу, в мгновение заставив её уйти в оборону.