Хранитель Рода Государева

Всё это происходило так быстро, что я даже ещё не успел прийти в себя после столь резкой смены обстановки.

Приближающийся ко мне воин замахнулся для удара, но перед ним неожиданно появился парень с отрубленной рукой.

— Не тронь господина выродок! — заорал он и грудью кинулся на клинок, который пронзил его насквозь.

Моё лицо забрызгало ещё тёплой кровью.

Парень оказался на удивление живучим. В уцелевшей руке он сжимал неказистый нож, который воткнул в шею своему убийце. Вот такой своеобразный обмен, жизнь за жизнь.

Мимо сцепившейся парочки пробежал второй прорвавшийся воин, замахиваясь шипастой дубиной, чтобы нанести мне удар. Вот только отчаянный поступок безрукого помог мне прийти в себя.

Вокруг было разлито кровавое море. Сила отозвалась так же легко, как и всегда.

Удар воина завяз в кровавом щите, а в следующее мгновение он превратился в иссушенную мумию.

Я поднялся на ноги и двинулся к прорехе, устроенной той парочкой. Мои воины пытались её закрыть, но выходило у них, мягко говоря, дерьмово.

Все они пополнили мой арсенал своей кровью, которая тут же пошла на создание брони. Хоть я и мог создавать пока лишь слабую, почти не сдерживающую ударов защиту, это было определённо лучше, чем остаться совсем без защиты.

— Господин вернулся!

— Он снова с нами!

— Хвала всем богам, что господин смог справиться с той отравой.

— Сейчас кровавый Влад, покажет вам, как нападать на наши земли, степное отродье!

— Мужики держаться! Кровавый Влад с нами!

Начали раздаваться возгласы со всех сторон.

Я же просто шёл вперёд, собирая свой кровавый урожай. Расходуя кровь и тут же пополняя её за счёт убитых. Среди нападавших не оказалось ни одного одарённого, поэтому проблем у меня не возникало.

Сперва я полностью очистил ряды своих защитников, а потом принялся и за остальную армию разрисованных.

Максимум, который я мог себе позволить удерживать на нынешнем уровне силы — это удерживать кровь четырёх человек. Но этого мне вполне было достаточно, чтобы убивать всех встреченных на пути.

Этот бой я воспринимал, как компьютерную игру, даже несмотря на всю реалистичность. Мой мозг просто отказывался воспринимать происходящее вокруг за реальность.

Минут через двадцать после моего вступления, в этот, казалось бы, уже проигранный бой.