Хрономаг

Я обратил внимание, что дядя Юстас уже прибыл на приём, но держался в стороне, а сейчас разговаривал с военным советником рода Юдалл. Этот разговор было бы неплохо подслушать, но отец повёл меня в другую сторону.

— Отец, разреши отлучиться и поприветствовать Юстаса, — я поравнялся с ним.

— Да, конечно, — он кивнул, не глядя на меня.

— У меня есть вопрос относительно Фила, — я остановился и ждал реакции.

— Ты уже понял, что мы пока не смогли сделать всё, чтобы арестовать его. Но дело идёт. Я говорил с Итоном Доу, — отец тоже остановился.

— Понял, — я кивнул.

— Всё остальное не для разговора на приёме. Вернись после разговора с дядей ко мне, представлю тебя ещё кое-кому, потом отпущу.

Я быстро дошёл до Юстаса, поприветствовал и показал документы на экране компактного планшета, он бегло просмотрел всё, похвалил за интересную разработку, но сослался на то, что это дело не нескольких минут, а уж тем более не тема обсуждения на приёме.

Скоро начнётся официальная часть и все главы с военными советниками уйдут в зал для переговоров.

Военный советник Юдаллов тоже явно был раздражён, что какой-то пацан отвлёк их от важного разговора, но терпеливо ждал.

Мы с Юстасом договорились, что проведём испытание экзоскелета и обговорим все детали в ближайшие пару дней — пока он будет в поместье.

Я вернулся к отцу, который тут же направился к кому-то определённому, чтобы представить меня. Когда я понял, к кому именно мы идём, по спине пробежался холодок.

Глава 27

Передо мной стоял Айзек Сомерсет.

Да, именно на этом же приёме я увидел его впервые и в той жизни. Мой будущий соратник, друг, а затем предатель. Айзек продал меня за призрачную надежду на благоволение отстранённого рода Вильфор пообещавшего восстановить стабильность в Империи, когда я уже набирал силу, но положение всё ещё оставалось очень шатким. Человек, на которого я мог опереться, струсил, решил сменить сторону в ответственный момент.

Перед глазами пронеслось всё — война на Востоке, то, как я встретил его там случайно. Как Зак, будто нянька трясся надо мной, зашивал раны, искал целителей, был рядом, когда я харкал кровью и не мог применить даже частички силы Потока.

Почему потом он проявил малодушие?

Я сжал кулак, чтобы просто увести мысли от воспоминаний, подробности которых пытался стереть на протяжении всей жизни. Факт оставался фактом — Зак Сомерсет предал меня.

Чтобы мои союзники не засомневались, пришлось публично казнить его, пропустив через тело несколько мощнейших молний.