Имперская окраина

В свое время, около четырех тысяч лет назад они оказались в мире Кама-Нио по воле своего бога Сиву-уша, странного существа-метаморфа, который создал драконов, а манкари были при них как обслуживающий персонал. Помимо них на Кафарту высадились подчиненные богу Майреху подземные жители душихи-малаи. И поначалу, как и у эльфов, у них все шло достаточно неплохо. Местные расы были уничтожены, и началось развитие. Однако драконы в мире Кама-Нио не прижились, и я подозреваю, что это происки Доброй Матери. Со временем, все эти существа вымерли, а манкари и душихи-малаи, которые, как и краснокожие, были должны обслуживать летающих рептилий, оказались предоставлены сами себе.

Воевать подземные жители и манкари не хотели, и жили тихо да мирно. Рогатые душихи-малаи, словно гномы, долбили туннели, строили свои подгорные города и поставляли краснокожим металлы, драгоценные камни и иные ценные и полезные для людей ресурсы. А краснокожие отправляли своим соседям продовольствие, ткани, дерево и меха, и вели морскую торговлю.

В итоге, все были счастливы и довольны. И так продолжалось до тех пор, пока объединившиеся в одно государство, Торговую Республику Гэцат, манкари, подражая своим союзникам эльфам не переметнулись под крыло нового бога.

После этого у краснокожих начались проблемы с подземниками. И на материке Кафарта в данный момент тоже идет война, которую совершенно не воинственные душихи-малаи проигрывают. Ну, это их дела, и они меня не касаются. Графа Ройхо, как и любого имперского патриота заботит то, что манкари против нас.

Подобно эльфам, они оказывают поддержку тем, кто воюет против империи. И отношение к ним у меня и императора Марка Четвертого точно такое же как и к эльфам. Они враги - это факт. Так что церемониться с ними не станем...

За размышлениями минуло десять минут. Бокал с вином опустел, и я поставил его на стол. Неслышной поступью, под настороженными взглядами дружинников, ко мне приблизился румяный полноватый мужик в белом халате, хозяин заведения, которое на некоторое время приютило меня и товарищей.

В руке у него была бутыль темного стекла, из которой он налил в бокал новую порцию вина, и я, по привычке, кивнул ему и сказал:

- Благодарю.

Несколько удивленный подобным моим жестом и словом, островитянин поклонился. Затем он пробурчал нечто нечленораздельное и отошел. А я, прикинув, что до начала операции остается около двадцати минут, сделал пару маленьких глотков терпкого напитка и посмотрел на дядю Ангуса и Рагнара Каира.