Целитель. Долгий путь

Я ОТМЕНЯЮ ЕЁ, — прохрипел потомок короля и из глаз его хлынули, наверное, недостойные воина слёзы, но всем присутствующим на это было наплевать, а фигура Торкела вдруг обернулась к нам и взмахнула секирой, будто перерубила невидимый канат, связывавший её со всеми, кто жил после.

— Ты свободен от клятвы, — сказал я великану, а едва не свалился с трясущегося плеча.

— ТАК ПРОСТО? — прохрипел он в ответ, — Я НЕ ВЕРЮ…

— Ну, можешь не верить и продолжать сторожить это чудесное место, но теперь проси у Тёмных жалование. Ради клятвы можно больше не работать.

Может быть мне показалось, а может быть и нет, но из воздуха исчезло напряжение, будто лопнула давным-давно натянутая струна.

— ПОЧЕМУ ОНИ НЕ ИСЧЕЗЛИ?

Великан удивлённо посмотрел на замершие фигуры, и повернулся ко мне.

— Есть ещё кое-что, — ответил я. — Чтобы проклятие развеялось, надо кое-что признать.

— ЧТО?

— То, что никто из них не мог поступить иначе? Признаешь ли ты это?

Великан задумался, но в итоге кивнул:

— ПОЖАЛУЙ, ЧТО ТАК. ЕСЛИ БЫ НЕКРОМАНТ НЕ ПОТРЕБОВАЛ КЛЯТВЫ, ЕМУ И ЕГО МЕРЗКОЙ БРАТИИ ПРИШЁЛ БЫ КОНЕЦ, НО ЕСЛИ БЫ НЕ БЫЛО КЛЯТВЫ, ТО И МОЙ НАРОД БЫ СГИНУЛ.

Я сосредоточился и представил, что проклятие уходит в землю, услышал, как вновь облегчённо вздохнул великан и…

Шарахнуло так, что я на полном серьёзе решил, будто небо рухнуло нам на головы. Зажмуриться не успел — в землю прямо в том место, где мгновением назад высились две призрачные фигуры, ударила ослепительная молния, за ней ещё одна и ещё. Земля задрожала, по зеленоватому, небосводу пробежала трещина, за ней другая.

Вот теперь точно всё. Я неуклюже сполз с плеча, на подставленную ладонь, опёрся на больную ногу и взвыл, зажмурившись от боли. Когда открыл глаза с удивлением увидел великана, опустившегося передо мной на колено. Хотел спросить, что стряслось, но Инголф, опередил меня и прогрохотал:

— Я ДЕРЖУ СЛОВО, ПРИСЯГАЮ ТЕБЕ НА ВЕРНОСТЬ ОТ ЛИЦА КОРОЛЕЙ ХУСМЬОРКА И НАРЕКАЮ ТЕБЯ — БЁФРИР, ИЗБАВИТЕЛЬ ОТ ТЁМНЫХ!

Я хотел выругаться, но тут, чуть в стороне заметил призрачные фигуры, так же опустившиеся на колено.

Ругательства застряли у меня в горле, поэтому я просто сказал великану:

— Встань, Инголф, потомок Торкела. Я принимаю твою верность, но знай, что наши дела здесь ещё не окончены.