Целитель. Долгий путь

Он, сжав кулаки навис над одноглазым магом, похоже, напрочь забыв, об опасности быть испепелённым или превратиться в улитку.

— Я этого не говорил, — мрачно, но без тени страха ответил Врэн. — Я сказал, что так и не понятно, можно ли вам доверять полностью…

— Значит того, что мы вытащили вас недостаточно?

— Конечно же нет, — поморщился толстяк. — Тёмные коварны, так что вполне могли подослать…

Шмяк!

Кулак Йорга врезался магу прямо в подбородок, вроде бы не сильно, но тот, не окончив фразы, закатил глаза и рухнул на палубу.

— Назад! — рявкнул Кетиль, схватившимся, было, за мечи воинам. — Это не ваше дело!

— Мы у господина мага в долгу! — откликнулся командир, не торопясь отпускать рукоять меча.

— Вы все у нас в долгу. Вспоминайте об этом почаще и благодарите богов, что взяли вас с собой! А сейчас расступитесь, и не мельтешите тут, пока я буду приводить его в чувство.

Воины хоть и нехотя, но послушались, а огненный маг склонился над распростёршимся на палубе товарищем.

— Зачем так сильно бил? — спросил он, обернувшись к бывшему сотнику. — Вдруг помрёт?

— Не сильно, — буркнул тот. — В последний момент удержался, чтобы хребет не сломался. Жрать этот жирдяй, похоже, мастер, а шея как у цыплёнка.

— Может водой его облить? — предложил я.

— Себя облей!

В реанимации огненный маг понимал точно побольше меня потому, что через несколько секунд уверенно ткнул пальцем в лоб толстяка, пробормотал что-то невнятно и тот застонал.

Убедившись, что жизнь товарища вне опасности, Кетиль знаком приказал нам уходить.

— Что там стряслось? — спросил Льёт, когда мы подошли.

— Отец твой, чуть челюсть кудеснику не свернул, — ответил я.

— Болтливый он слишком, а длинный язык до добра никого не доводит.

Йорг присел у лежанки сына и начал придирчиво обнюхивать рану в плече.

— Что там? — без капли удивления или раздражения спросил тот.

— Чистая и не воняет.

Уже два дня прошло, с тех пор, как мы сбежали из горящей крепости и первый день сын сотника провалялся без сознания. Пока зарёванная и, разом забывшая о феминизме Фритта готовила целебные настои, промывала рану и отпаивала жениха, Йорг сидел мрачнее тучи.