Возвращающий имя

«Конечно, кадиса в другом месте удержать… что за бред?» – мои мысли не помогли успокоится.

В голове крутились разные варианты, единственное что изменилось, теперь все это происходило с закрытыми глазами. Не знаю сколько прошло времени, но все же я смог себя сморить в сон, потому что, когда в голове крикнул Илон, у меня была сухость во рту и глаза слиплись так сильно, что не получилось их открыть сразу.

«Младшой, у нас гости!» – раздался громкий голос брата, мое зрение еще не могло сфокусироваться, а в комнате проходил оживленный спор.

- Не смейте его трогать! – кричала Древняя, на пару эльфов в доспехах, один из них подался немного назад, а вот второго пронять не получилось.

- У нас приказ, мы его заберем по собственной воле или применим силу, – спокойно сказал второй эльф, Древняя повернулась ко мне, потом к воинам.

- Дайте нам пять минут, – сказала эльфийка, воины постояли пару секунд, потом один из них кивнул, и они вышли.

- Что происходит? – Поднялся я и задал вопрос, как только гости ушли.

- Тебя забирают до начала совета, – недовольным голосом ответила Древняя.

- Я так понимаю, это плохо, – неуверенным голосом сказал я, эльфийка подошла ко мне.

- Это ожидаемо, хотя была надежда, что этого не произойдет, – Древняя взяла стул и села рядом. – Трой, скоро состоится совет по твоему вопросу, прощу тебя, не вступай ни с кем в конфликты не зависимо от того, кто это. Я буду выстраивать диалог со старейшинами на том, что ты достоин прохождения испытания. В качестве того, что наше доверие друг к другу высоко, ты узнаешь мое второе имя.

- Никому дорогу не переходить, по имени не звать, – ответил я, прокручивая слова Древней. – С этих проблем не будет, меня же отведут в тюрьму или что-то подобное.

- Что-то вроде того, – Эльфийка неловко улыбнулась и продолжила.

- Хорошо, я тебе верю, – после моего ответа, сразу же зашли два стража и подошли к нам.

- Вам пора проследовать за нами, – сказал один из эльфов.

- Ведите, – сказав это, я встал и проследовал за стражами.

«Думаю, они тебя хотят по мариновать», – раздался голос брата, я был с ним солидарен, но в таких условиях можно было чувствовать себя не плохо, в какой-то степени даже хорошо.