Гном

Как ни странно я стоял совершенно один. Молчуны-гномы еще не вернулись, а поблизости никого не было. Интересно как такую красоту не заметили внизу?

Что в тот момент толкнуло меня на шаг, о котором впоследствии не однократно жалел, честно говоря, не знаю. Но я открыл двери клети, схватил камень, и быстро засунул себе за пазуху. В следующую минуту раздались шаги, это вернулись мои напарники. Они ничего не заметили и вновь принялись загружать тележки рудой.

Камень лежавший за пазухой жег спину, и я уже не помню, как доработал до конца смены и добрался до своего дома.

Жил я на окраине деревне в доме, когда-то принадлежавшем моей матери и перешедшем по наследству ко мне. Лет тридцать назад он был симпатичным и милым особнячком, но сейчас сильно обветшал.

Мои родственники не спешили вспоминать о моем существовании, а у меня не было денег на то чтобы привести его в порядок, поэтому я жил в небольшой комнате в правом крыле дома. Эта комната сохранилась лучше всех. На ремонт ее и двух соседних с ней комнат, денег мне хватило.

И в моем «трехкомнатном» пристанище, сразу стало уютно.

Войдя в дом, я вытащил из-за пазухи камень, найденный столь чудесным образом и, полюбовавшись на него, засунул в самый дальний угол сундука с одеждой. Затем, тяжело вздохнув, переоделся и вышел из дому. Не хотелось мне идти к Хлысу в таверну, но я все же решил рискнуть.

Таверна, называвшая «Смелый Гном», находилась неподалеку, и через пятнадцать минут я уже входил в одноэтажное, приземистое здание, которое было самым посещаемым местом нашей деревни.

Гномы любят выпить, и поэтому хозяин таверны преуспевал. Вечером найти в ней свободные места было почти невозможно.

Оказавшись внутри, я окунулся в привычную атмосферу таверны. Клубы табачного дыма поднимались к деревянному потолку. Хлыса и его компании пока не было видно. Поэтому я уселся за стойкой, и сказал бармену, чтобы налил пива. Через минуту передо мной появилась массивная деревянная кружка, налитая до краев. Не знаю почему, но бармен относился ко мне лучше, чем все в этой деревне.

С чем это связано я не знал, да и не задавался этим вопросом.

Отхлебнув горьковатого пива, которое в «Смелом Гноме» варили мастерски, я осмотрелся по сторонам. Все было как всегда. Все столики были заняты гномами которые ели и пили. Шум в таверне стоял страшный, так как наше племя отличается не только настойчивостью, которую неразумные люди называют тупостью, но и вспыльчивостью. Поэтому страсти за столами кипели не шуточные.