Пусть принцы подождут

— На себя посмотри!

— Меня теперь никто замуж не возьмёт!

— Надо бы мне придумать новое имя, — Робин поднёс к челюсти костлявые пальцы. — Робин — герой Кнэльке, отважный и благородный муж, горячий любовник и верный друг. Он никак не может быть нежитью. Стану-ка я теперь другим. Моё новое имя — Гроб в лоб!

И зал утонул в тишине.

Уже стемнело, но Кнэльке горел многочисленными огнями. По городу шли факельные шествия, а на главной площади десятки тысяч людей кричали перед дворцом.

— Долой короля! Долой короля!

Стражи у дворца не было, но какая-то сила препятствовала толпе ворваться внутрь и смести всех.

В огромном здании царила темнота, лишь в кабинете короля горел слабый кристалл, освещая длинный стол со стопками бумаг. Ноктикус сидел в высоком кресле и смотрел поступления в казну.

— Долой короля! — донеслось с площади.

Высокая дверь открылась, и в комнату влетел скелет в полных доспехах.

— Отец, я узнал, что готовится штурм дворца!

— Да, — посмотрела на сына пустыми глазницами Ноктикус.

— Солдаты отказались нас защищать! Во дворце нет ни одного стражника!

Ноктикус отложил бухгалтерскую книгу и встал.

Обернувшись, он посмотрел в высокое окно с полукруглым сводом.

На улице все увидели, стоящий у окна силуэт скелета в короне. Мужик в поношенном сюртуке — Берхюрберт Эльмонгласке вытянул руку и крикнул.

— Смерть нежити! Уничтожим Ноктикуса, пожелавшего стать скелетом! Смерть!

— Да! — взревела толпа, подбежав к закрытым воротам, ведущим в передний двор королевского дворца. Люди налегли на них, но ворота, состоящие из металлических штыков, смотрящих в чёрное небо, не поддались.

Петли и засовы затрещали, но устояли на месте.

— Не позволим мертвецам управлять нами! — в запале орал Берхюрберт. Его красное лицо выглядело ещё более красным в свете тысяч факелов.

Ноктикус развернулся и посмотрел на сына.

— Сейчас начнется штурм, нам нужно уходить!

— Но отец, мы с тобой два героя, мы сможем разбить не только эту толпу, но даже и солдат.

— Нет, — взмахнул рукой скелет в короне. — Эти люди ещё вчера были моим народом.

Я заботился о них, я защищал их, и теперь я не могу их убить. Да и их больше чем нас. Кем бы мы ни были, они нас победят. Стража на их стороне, и солдаты тоже. Мы в меньшинстве. Поэтому забирай мать и сестру, и пошли к подземному ходу, который я построил специально на этот случай.

Оба скелета вышли из кабинета и исчезли в темноте коридора.

Уходящие под высокий потолок двери распахнулись, и в тронный зал влетела разъярённая толпа.