Первый хранитель Бездны: Из монстра в девчонку

Крепко сложенный мужчина под два метра ростом, с полностью лысой головой, испещренной бесчисленным количеством шрамов, с повязкой на лице и единственным полутораметровым мечом странной формы, безучастно стоял перед двумя еще не остывшими трупами, всматриваясь вдаль, где за поредевшей желтой листвой виднелась небольшая горная деревушка.

— Нашел, — констатировал он, взглянув на нечто вроде компаса, вот только с одной-единственной стрелкой, указывающей точно в сторону поселения.

Переступив разрезанный напополам труп, мужчина двинулся дальше, заложив свой меч за спину, в горизонтально закрепленный держатель на поясе.

* * *

— Как все прошло? — спросил у командира группы, его заместитель, слыша как из бывшего дома старейшины деревни, разносятся женские вскрики.

— Он не дурак, понимает, что настоящим мастером его делать никто не собирается, кому подобный старший сдался, да еще и предатель вдобавок.

— Я вообще не понимаю, на что он изначально рассчитывал? Почему просто не попросить денег раз решил отделиться от родного отца, глупость какая-то, этих благородных не поймешь, чего на теплом месте спокойно не сидится? — покачал головой наглухо «зашитый» в броню, как и все остальные здесь, культиватор, с массивным копьем-топором в руке.

— Не наши заботы, секта от сделки явно выиграла, а остальное неважно, — махнул рукой командир, доспехи которого и два меча на поясе, выглядели самыми внушительными среди всех остальных.

— Долго нам еще здесь торчать, ребятам скучно, а эти крики из дома лишь разжигают страсть.

— Приказано ждать до востребования, на этом все.

— Старшие что-то мутят, как бы нам не попасть в какую-нибудь интригу.

— Твоя правда, сам этого боюсь. А где остальные?

— Послал проверить посты, на всякий случай, мало ли.

— Правильно, а мы здесь пока постоим, — согласился командир, взглянув на общий пейзаж, стоящего на отшибе деревни, жилища старейшины, к которому вела лишь одна дорожка, проходящая поперек ухабистой равнины, от поселения к дому, а после и к опушке лесной чащи за ним.

И вот спустя пару минут, именно на этой тропинке, ведущей из лесу ко двору старейшины, появился лысый мужчина, вся суть которого буквально кричала о его многочисленном боевом опыте и крайней опасности, что он представлял для любого живого существа. Казалось, о саму его ауру можно было порезаться.