Первый хранитель Бездны: Из монстра в девчонку

Минусов правда от подобной способности было не меньше чем плюсов, ибо животный доспех не только потреблял огромное количество внутренней энергии хозяина, но и не позволял тому полноценно пользоваться человеческим оружием.

«Если так продолжится, я проиграю, — чувствуя нарастающую усталость, а вместе с ней и начавшую ослабевать защитную ауру, усиленно соображала Анетт, — нужно разбудить госпожу во что бы то ни стало, иначе всему конец! — уловив момент, отпрыгнула от завершившего серию ударов по корпусу, оборотня, она, глазами быстро найдя Тайхо, рядом с которой уже стоял тот самый громадный лев, замахнувшийся своей здоровенной лапой на крохотную девочку перед ним».

— Госпожа, нет! Очнитесь! — в панике закричала Анетт, тут же получив удар в лицо от синей пантеры и отлетев в бетонную стену с рядом валяющейся там женщиной.

Подымая потоки ветра и целую стену пыли, замашистый удар трехметрового льва, даже с виду обладал невероятной силой, не говоря уже о реально приложенном к нему усилии.

БАААХ! И всех присутствующих на арене окатило потоком поднятых с земли мельчайших частичек почвы, въедающихся в волосы и стремящихся ослепить. А эхо удара еще несколько секунд грохотало в ушах.

На мгновение взоры юных девушек, окруженных двумя тиграми, Анетт и синей пантеры, пали на сцену в середине арены и зрелище, открывшееся им, поражало.

Кап-кап-кап, большими каплями стекала кровь с раздробленной в кашу могучей лапы гуманоидного льва, часть когтей на которой были сломаны, а другие выдраны вместе с подушечками пальцев.

— Ккххггх, — скрежетал челюстями оборотень, схватившись лапой за раненую конечность и смотрящий на полностью невредимую, стоящую ровно на том же самом месте, девочку, неподвижно застывшую в несменяемой позе.

«Что и следовало ожидать от древней ведьмы, ее тело несокрушимо для смертных! — с глазами полными слез, смотрела на Тайхо, Анетт, поднимаясь после смачно пропущенного удара, — даже если я умру, госпожа точно отомстит, вы все покойники, — с яростью в глазах уставилась на зверей она».

А вот трансформировавшиеся оборотни не двигались. Оба тигра, давеча зажавших Карнелию и Лукрецию у стены, пантера, кажется потерявшая интерес к Анетт, и сам лев, явно обладающий самыми высокими физическими кондициями, стояли как вкопанные смотря на Тайхо и обмозговывая произошедшее.