Хисгальд. Смерть поселилась в моей голове

Это долг сильнейшего».Я кивнул, принимая её волю.

— Эй, эй, ребята, потише! От вас прям искры самоуверенности и лучи добра летят.

Я точно знал, что увижу сейчас, если обернусь — медленно растягивающуюся ухмылку и серебро, полное азарта. Возможно, Меф — воплощение духа приключений? Адреналин не только будоражил её кровь, но и явно прибавлял жизненной энергии.

— Амира, как далеко должен быть исток ручья?

— Раньше к нему за три часа можно было дойти. Но сейчас нам явно будут мешать.

— До этого мертвецы только к ночи проявляли себя, — как шелест травы произнесла Хлоя.

— Да, Великая, — с трепетом начала ведьма.

— Не стоит таких обращений, — зарделась в смущении моя подруга, — можно просто Хлоя.

— Как скажете, — с почтением кивнула Амира. — Не знаю, как это объяснить, но там время будто замирает. Кроны деревьев смыкаются так близко, что свет солнца не проходит. Туман стелется под ногами, путая тропы. Холод такой, будто в саму душу пытается залезть.

— По сути, — Сильрен перелетел на стол, — со всем вышеописанным можно совладать.

Хлоя не даст лесу обмануть нас и сбить с пути. Любой туман я разгоню, враг не использует его, чтоб подкрасться или завести в трясину. Что касается тепла и света — это уже ваша забота, огненная Амира.

— Я с вами, — радостно подскочила Шинни.

— Ни в коем случае.

— Но матушка! — обида почти хлынула из глаз юной ведьмочки.

— Малышка, а ты мазь от воспаления и нагноения делать умеешь?

— Умею, — чуть растерянно ответила Шинни.

— Снадобье для ускорения заживления сварить сможешь?

— Смогу, — уже уверенней прозвучал девичий голос.

— Значит, тебе достанется самое важное задание! — просияла моя коварная учительница. — Мы же, когда победим, все израненные, покусанные и порезанные будем. Кто-то здесь должен подготовиться нас лечить. Справишься?

— Я буду очень стараться! — воспрянула духом юная ведьмочка.

— Вот и отлично. А нам пора выдвигаться, чтоб к вечеру в баньку поспеть.

На том и порешили. Меф была уже во всеоружии.

Да и мне особо собирать нечего — броня и Амаиль на месте. Пару минут Амира складывала в походную сумку какие-то баночки и давала указания дочери. После мы распахнули дверь навстречу опасной дороге.

Почему-то я совсем не удивился стоящему у калитки угрюмому Талору, отстранённо безразличному Марку, воодушевлённо сияющему Олежу и по-доброму улыбающемуся Валежу. Купец Петэр и староста болотной деревни тоже здесь были, но на подвиги с нами определённо не собирались.