Хисгальд. Смерть поселилась в моей голове

Его добродушный пёс облаял вереницу всадников и с чувством выполненного долга удалился к своим подопечным. Без всяких препятствий к вечеру мы добрались до густого леса. Ночевать было решено на поляне перед въездом в чащобу. Судя по следам от кострищ и вытоптанной траве, на этом месте регулярно останавливались другие путники.

После того, как все лошади были отёрты и накормлены, началось обустройство лагеря. Купец быстро и чётко распределил обязанности по сбору дров, готовке, ночному караулу. Меня совсем не удивило, что Меф предложили готовку, мне сбор дров и дежурство вторым по очереди.

По дороге к лесу меня догнал один из охранников. Крепкий светловолосый парень с блестящими серыми глазами.

— Малой, как звать-то тебя? — его обращение резануло ухо, но я решил не цепляться к словам, пока они не несут злого подтекста. Наоборот, понимал, что на фоне этих бравых ребят выгляжу худым и слабым, однако это, как говорил учитель, «кажущееся отражение кажущейся луны».

— Хисгальд, можно просто Хис. А как тебя?

— Олеж.

— Хис, а та юная прекрасная особа, она?..

— Меф, — протянул я, сдерживая предательские уголки рта, что пытались расползтись в ухмылке. — Моя сестра.

— Сестра, значится! — многозначительно просмаковал эти слова Олеж.

Весь остальной разговор был лишь ширмой и не нёс никакого значения. Мой новый знакомый ловко собирал хворост, периодически поглядывая в сторону лагеря. Ничего удивительного, что он справился быстрее меня и энергично потащил свою охапку на поляну.

— Скоро будет весело, — хихикнула Хлоя, выходя из-за кустарника ярги. Пара чёрно-фиолетовых ягод обрадовали меня сладковатым вкусом.

— Это точно, — протянул я, не скрывая своего предвкушения.

— Лес вполне спокоен и миролюбив, — перешла к делу моя подруга. — Думаю, ночью неприятностей не будет.

— Спасибо, Хлоя! Что бы я без тебя делал.

Дух леса озорно подмигнула мне. Мы стали возвращаться к каравану.

— Как так получилось, прекрасная Меф, что вы с братом в воинское дело подались? — Олеж, как бы невзначай подсевший за ужином поближе к Меф, решился действовать.

— Батюшка с детства учил нас с братом держать меч и метко стрелять. Когда их с матушкой не стало, а дом наполнился болью и скорбью, мы решили покинуть его. Скитаясь несколько лет, поняли, что достойно даём отпор неприятностям и наша надёжность может принести золотые юрки.