Хисгальд. Смерть поселилась в моей голове

Крики, смерти… Ужасные и полные страдания или лёгкие, благодарные. Люди, тонущие в чёрных, густых, как трясина, водах. Их крючковатые пальцы взметались вверх, хватаясь за воздух. Лица, искажённые гримасами злой ненависти. Рты, полные лживых угроз и яда. Фиолетовые костры, что вспыхивали до самого неба. Блестящие азартом и лёгкой иронией серебряные глаза Меф. Её ухмылка, сменяющаяся холодным бесчувственным лицом водного духа. Кровь Хлои бежит по моим рукам, ногам, топит в золотом сиянии всё вокруг — и меня, и Сильрена, и водника…

Я резко сел на кровать и хлопнул себя по щекам.

Сны — это лишь сны, а дела существуют сейчас. До обусловленной встречи у солёного озера был целый день, за который мне было нужно найти флягу, наметить план на ближайшее будущее и придумать, куда деть лошадь Меф.

Мой взгляд бегло ощупал комнату. Вернувшееся полноценное зрение было большой радостью, но к этому снова нужно привыкать. Мир стал шире, чётче и словно ярче. Я понял, что раньше неосознанно тревожился из-за плохого обзора и ненароком косился в левую сторону.

Сейчас напряжение спало, и привычка казалась неуместной.

«Так и косоглазие можно было заработать. Почему я раньше не замечал такого за собой?»

Иногда в глазу появлялось сиреневатое мерцание, но оно длилось не больше пары секунд. Понять, где или что именно светится, не удавалось. Блик словно ускользал или растворялся. Вполне возможно, что это остаточное явление после божественного вмешательства Меф. Гадать не было особого смысла — время шло, дела не ждали.

Я подхватил походную сумку и обнаружил сложенный листок бумаги. При ближайшем рассмотрении это оказалась карта. Та самая подробная карта учительницы. Помнится, хотел перерисовать её себе, но случай не задался. Получается, Меф позаботилась об этом. Я поймал себя на довольной улыбке и постарался срочно от неё избавиться. У богини точно есть куда более важные дела, чем забота об одном простом заклинателе.

«А таком ли простом?» — закралась было мысль, но я отправил её в закрома сознания.

Желания сейчас погружаться в мысленные дилеммы не было совсем.

В утренний час зал трактира порадовал своей безлюдностью. Подавальщица быстро приняла заказ и скрылась в дверях кухни.

— Утро доброе, — поздоровался Сильрен, появляясь передо мной на столе.

— Доброе, — тихо ответил я, стараясь не привлекать внимания единичных гостей заведения.

— Хлоя ещё отдыхает, хотя очень хотела присутствовать лично.

— Это хорошо, пусть отдыхает.